Книга Маринкина башня, страница 70 – Мира Форст

— А вдруг…, — встрепенулась она.

Но брат перебил ее.

— Тебе же сказали — он не умрет. Две недели стационара, швы снимут, и поедет домой.

— Хорошо, — согласилась Агнеша.

Она и сама понимала, что необходимо сменить порванное и измазанное кровью пышное польское платье. На нее и так с любопытством косились, а уж полицейские ее потрепанный внешний вид без внимания точно не оставят.

— Рассказывай, — потребовал Алексей, как только они выехали с больничного паркинга.

Между братом и сестрой давно установились доверительные отношения, и Агнеша приняла решение сказать ему правду.

Пока она излагала, он ни разу не перебил ее и не обвинил в том, что она несет бред.

— Офигеть! — только и выдал Алешка, выслушав сестру.

— Ты мне веришь?

— Верю. Хотя и звучит, сама понимаешь, как.

— Понимаю.

— Агнеш, но эту историю нельзя преподнести полиции. Чего доброго, тебя на психиатрическую комиссию отправят, или того хуже, обвинят в причастности.

— Что мне тогда сказать?

— Думаю, самое разумное держаться той версии, что ты тетке в Коломенском Кремле озвучила. Мол, приехала за сумкой, обнаружила раненого мужчину. Еще важно твоего поляка предупредить, чтобы в несознанку ушел, ничего не помнит, тебя не знает. И хорошо бы никто не вспомнил, что видел на тебе эту средневековую тряпку.

— Платье не средневековое, — поправила его Агнеша. — Польша в семнадцатом веке уже перешагнула этот рубеж.

— Ого! — присвистнул Алексей. — С каких это пор моя систер сильна в истории?

— С некоторых, — весело ответила Агнеша.

После того, как оперирующий хирург сообщил, что с Янушем все будет в порядке и теперь, когда она открылась брату, к ней вернулось хорошее расположение духа.

— Ладно, пусть не средневековое. Но все же, сотрудники Коломенского Кремля или больницы могут обратить внимание полицейских на эту деталь.

— Я же знаю, где в Маринкиной башне костюмерная. Скажу, что сначала туда заглянула в поисках сумки, не удержалась и примерила платье.

— Пойдет. Теперь надо решить, как твой синяк на лице объяснить. Слишком он приметный.

— Упала, когда увидела раненого?

— Или раненый ударил тебя, когда ты к нему приблизилась. Не разобрался, подумал, что его добивать пришли, сработал выброс адреналина, вот он тебя и стукнул.

Агнеша захихикала.

— Ворону не понравится, если я так скажу. Он очень бережно ко мне относится.

— Полицейским-то о ваших чувствах неизвестно, — возразил Алексей.

Беседа с полицией прошла вполне гладко. Объяснения Агнеши стражей порядка удовлетворили. Они куда более интересовались пострадавшим. Но его им пока не удалось допросить, к их приезду Януш еще не отошел от наркоза.

Полицейские ушли, сообщив дежурной медсестре, что завтра вернутся, а Алексей с Агнешей остались в палате.

— Ганя, это тот парень, что подарил тебе кольцо? — спросил Ворон, стоило ему открыть глаза и увидеть парочку.

Несмотря на то, что его шею фиксировал специальный послеоперационный воротник, выглядел он сурово. Ему не нравилось видеть свою женщину в компании постороннего мужчины.

Агнеша тихонько рассмеялась. Ворон ее ревновал. Очень сильно. И не скрывал этого.

— Януш, это мой брат, Алексей.

Алексей поднял руку в приветственном жесте, а лицо ревнивца разгладилось.

— Ганя, ты перенесла меня в другое время?

Агнеша поразилась, в который раз уже он делает правильные выводы.