Книга Оркестр, страница 44 – Мира Форст

— Пилот и стюардесса погибли. Мы оставили их у самолета.

— А ваш товарищ? – кивнул Степан Николаевич в сторону носилок. – Умер уже в тайге?

— Нет. Просто мы не могли бросить его. Это наш бас-гитарист, Савелий.

Мужчина не стал комментировать наше решение и сменил тему.

— Вижу, вы уже познакомились с Карлом и Кларой, − кивнул он на рогатую парочку.

— Вы дали им имена? – спросила Светлана.

— Пришлось. Эти двое постоянно являются в мой дом.

Один из оленей, судя по более мощной комплекции, Карл, подошел к мужчине и ласково ткнулся носом ему в шею.

— Попрошайка, − погладил Степан Николаевич Карла и достал из плотных рыбацких брюк камуфляжной расцветки лакомство.

Медвежье озеро и дом таежника располагались всего лишь в километре от того места, где мы остановились, думая, что заблудились. Мужчина накормил нас и связался по спутниковому телефону с командой спасателей, задействованных в поиске пропавшего самолета.

— Рома, прости, я не смогу пойти с тобой на похороны. У меня утром самолет. Родителям удалось организовать для меня годичную стажировку в известном итальянском доме моды. Папа предупредил, что ему пришлось подключить все свои связи и, если я не приеду вовремя, это скажется на его репутации, а мое место попросту уплывет к другому претенденту. Ты ведь не сердишься на меня?

— Не сержусь, − совершенно равнодушно ответил я Гале.

Ее родители давно жили в Италии, имели там свой ресторанный бизнес и водили дружбу с некоторыми местными знаменитостями.

— А ты отвезешь меня в аэропорт?

Посмотрел на девушку, как на полоумную.

— Галя, у меня друг погиб, я не поеду провожать тебя в аэропорт в день его похорон.

— Но я же на год уезжаю.

— Да хоть на всю жизнь, − рявкнул я.

Я устал от Гали, от ее притязаний и скандалов. Девушка стала казаться мне пустой. За два года, что мы провели вместе, она ни на шаг не повзрослела. Все те же вечеринки и дешевые провокации. Она ничем не интересовалась. Даже ее мечта стать знаменитой оказалась пустыми словами, она не предпринимала никаких шагов к ее осуществлению. И я не сомневался, что вся эта затея стажировки у модного итальянского дизайнера для самой Гали окончится ничем, и вообще нужна ее семье лишь для того, чтобы пускать пыль в глаза знакомым.

Галя обиделась, и расстались мы очень холодно.

В тот день, когда Галя улетала в Италию, а я провожал в последний путь своего друга, произошло кое-что неожиданное.

В ресторан, где родственники и друзья Савелия собрались, чтобы помянуть его, вошли незнакомые девушка с мальчиком.

— Простите, − смущалась девушка. – Я в новостях услышала и решила, что нам с сыном надо прилететь.

— Прилететь? – поднялась мама Савелия из-за стола.

Она выглядела ошарашенно. Впрочем, как и все присутствующие. Мальчик, что держал девушку за руку, был полной копией Савелия.

— Мы в Алуште живем, − пояснила гостья.

— Таня? – вдруг признал девушку Кирилл. – Вожатая из детского лагеря, где мы после десятого класса вели дискотеку?

— Да. Вы тогда под названием «РКС» выступали, − улыбнулась она.

И тут я тоже вспомнил и узнал. Некрасивая, совсем молоденькая вожатая, которая тем летом без памяти влюбилась в нашего Савелия и не давала ему прохода. Друг тогда еще сокрушался, что она слишком некрасивая. Только она изменилась, и сейчас перед нами стояла вполне симпатичная девушка.