Книга Лассо из будущего, страница 46 – Мира Форст

Поела я вяло, желудок плохо воспринимал пищу после вынужденного голодания, но даже небольшая порция брокколи в сметанном соусе и медовый взвар придали мне сил. Перед тем, как разойтись, Шарлота неожиданно обняла меня. — Я так рада, Элис, что с тобой ничего ужасного не случилось. Мы все очень рады. Без тебя наш отряд уже не был бы таким, как прежде. Один влюбленный в тебя инферно чего стоит! — заставила она меня покраснеть при воспоминании о моем фиаско с приготовлением яда. — Поверь, на том свете я бы без вас всех однозначно скучала, — обняла подругу в ответ. Шарлота отправилась домой, а я с Платошей в подземную часть Академии. Ведьмы не болеют, мой организм не знает, каково это — бороться с болезнью или последствиями ранения, впитав лекарства, мои ослабленные внутренние органы стали подпитываться и излечиваться ведьмовской магией. С каждым сделанным шагом, я ощущала все больший прилив физических сил, но мне требовалось успокоить нервы. Не каждый день тебя убивают, такое невозможно просто взять и выкинуть из головы. По сравнению с произошедшим, лассо из будущего выглядит простой шалостью. Мне повезло. Жена Лукаса Морана только собиралась уходить, я успела выпросить у нее синей краски. Администраторша выдала мне под роспись ведро, краску, перчатки и кисть. — Ты, девонька, если чего красить собралась, поколдуй потом, чтоб не воняло шибко-то краской. — Хорошо, поколдую, — не знала я заклинаний исчезновения запахов, но всегда ведь можно попросить помощи, когда вокруг тебя столько магов. Женщина торопилась покинуть свой пост, а я неторопливо направилась по коридору к своей комнате. — Новый любимый цвет? — промурлыкал Платон, когда супруга профессора удалилась на значительное расстояние от нас и не могла его слышать. — А как же, я так счастлив, что ты не умерла, Элис? — пожурила кота. — Или — как ты себя чувствуешь, Элис? — Ты Шарлоте сказала, что чувствуешь себя хорошо. А про кончину любимой хозяйки не хочу болтать, я чуть сам не помер, когда ощутил угасание источника твоего света. До сих пор лапы трясутся. Чуть инвалидом меня не сделала. — Выдумщик, — остановилась я у желто-зеленой двери. — Ничего у тебя не трясется. Взгляд сам собой устремился на дверь напротив, единственной, где не было приделано таблички с именем. Почему, кстати? На всех других имеется опознавательная дощечка, а у декана — нет. Или…, — мелькнула догадка. — Или Эмиль Биркеланд занял эту комнату, когда тут появилась я? Прежде чем приступить к своему личному способу снятия стресса, скинула плащ, благодаря длине в пол прикрывающем мою больничную пижаму, переоделась в один из тренировочных костюмов, изумрудный с удобной посадкой. — От переживаний за тебя я совсем не спал, — заявил Платон, запрыгивая в ящик комода. — Буду наверстывать упущенное. Не мешай мне, Элис. — Наглый кот, — хмыкнула, завязав волосы в высокий хвост. Макнула кистью в синюю краску, такую же синюю, как глаза любимого герцога, мозг сразу переключился в фазу умиротворения. Мазок… Еще один… Вот уже внутренняя сторона двери прокрашена. Черед внешней стороны. Зелено-желтая гамма прячется под бескрайним синим. В коридорной тишине его шаги различаю сразу.

Подошвы тяжелых ботинок почти бесшумно соприкасаются с каменным полом. Но я слышу. От знакомого аромата зажмуриваюсь, помню, как сильные руки прижимали рану, гладили лицо, не отпускали все то время, пока лучший лекарь Эсмара не занялся мной. — Ты всегда красишь двери после сильного потрясения, — его голос за моей спиной. — Всегда? — замираю на миг, оборачиваюсь медленно. — Откуда ты знаешь, что всегда? — боюсь поверить в то, что герцог мог вспомнить, вспомнить о нас с ним в прошлом. — Ты красила уже однажды. Тогда тебе впервые довелось увидеть живых инферно, — аккуратно разжал он мои пальцы, забрал кисть и опустил ее в полупустое ведро. — Поговорим? — хрипотца в мужском голосе выдает, что он тоже волнуется. Я молча зашла в комнату, подсвеченную шариками-светильниками, сняла перчатки, немного измазанные синим, и с ногами забралась на постель. Герцог сел в кресло. — Ты сказал, если я умру, то не узнаю, что было в крови змия-нферно, которого угостили любовным зельем, — билось мое сердце так часто, что слова вылетали из горла рвано, с заминкой. — В крови существа сплошной дым и пепел, под кожей частицы трупной материи, в головном мозге эхо погубленных душ, — перечислил Эмиль. — Страшно, — поежилась зябко, хотя в комнате не было холодно. — Ты еще сказал, если я умру, то не узнаю, как король встретил брата. — Если кратко, то Мартин учуял оборотня и набросился на Даги. Не переживай, — отреагировал Эмиль на мою ладошку, прижатую ко рту. — Даги ведь не обычный волк, а оборотень. Он сумел постоять за себя, и Мартин протянул ему лапу, признавая в нем достойного соперника. — Протянул лапу? — сорвался смешок с моих губ. — А что же король? Почему не остановил драку? — Полагаю, хотел оценить возможности взрослого оборотня. — Так они подружились, Тимур и Даги? — не была уверена я, что свободолюбивый и своенравный волк с вымерших земель станет искать дружбы с королем. Как мне показалось, ему было любопытно, но не более того. — Скажем так, они решили получше узнать друг друга. Даги пока живет во дворце, но не думаю, что задержится надолго. — Ясно, — оторвалась я от созерцания своих рук и перевела взгляд на герцога. — Эмиль, мой убийца…, — собралась с духом признаться, что видела Ванессу. Главное, убедить декана в невиновности сестры. — Ванесса во дворце, — неожиданно сам произнес он ее имя. — Так ты догадался о Ванессе? — Ты прошептала ее имя, Элис. Перед тем, как отключиться. Я давно за ней наблюдаю. С того самого дня, как она появилась в Академии. — Сестра говорила, именно ты настоял на том, чтобы ее оставили обучаться. — Так и есть, — согласно кивнул Эмиль. — Я бы не оставил, не обратил бы на нее вообще никакого внимания, если бы за секунду до того, как она сожгла мой камзол, не увидел в своей голове, что она собирается сделать это намеренно. Мне требовалось понять, для чего. — И ты не был влюблен в нее? — участился мой пульс в ожидании ответа. — Никогда, — мягко гладили мое лицо пронзительные синие глаза. — Я лишь изображал интерес, чтобы разгадать ее планы. Ванесса порой вела себя странно, прикрываясь своей неумелостью.