Книга Лассо из будущего, страница 43 – Мира Форст

Видели мы пару раз такое. — А зачем ты отрезал ему голову? — с отвращением глядела Шарлота на вязкую кровь, капающую с ножа Вандергора. — Шкура и мясо, — просто ответил лорд. — Нам же надо чем-то питаться. — Советую и вам взять один трофей. Зажарите по дороге. — Вот этого, — надрезал Цыган шкуру на убитом им оборотне. — Мех любимой подарю. — Это кому же? — поинтересовался Эмиль. — Ведьмочка знает, — уклончиво ответил следопыт. — Элис, — воспользовался герцог тем, что все были заняты либо освежеванием, либо обсуждением боя. — Ты обещала исполнить мое желание, а сама продолжаешь флиртовать с мужчинами. — Ты решил, что Цыган хочет подарить шкуру мне? — грела мое сердце ревность Биркеланда. Я уже не сомневалась, Эмиль ревнует меня к другим мужчинам, хотя ни в чем и не признается. — А кому тогда? Он постоянно возле тебя крутится. — Ему Матильда нравится, — не стала мучить декана. Он и без того из-за Ирека психует, но если студента ему несложно отшить своим авторитетом, то со следопытом он на равных и запросто может затеять драку. — Твоя сестра? — разгладилось его лицо. — Угу, — помогла Платошке забраться в мешок. — Платон, ты сегодня молодец, — похвалил кота Эмиль. Мой питомец выразительно поглядел на герцога. — Почему он так на меня смотрит? — не умел читать кошачий язык декан стражей. — Предлагает наградить его телячьей вырезкой, — довольное мурчание подтвердило, что я права. — Обязательно, — рассмеялся Эмиль. *** Через полчаса мы ступили на лесную тропу. Вокруг смыкалась чаща. И, как уже было однажды, я вдруг ощутила пульс этого леса. Он дышал, двигался, раскачивался разлапистыми еловыми ветвями и сосновыми кронами. Таким дремучим лес стал не так уж и давно. Магический фон стены оказывал влияние и на него. — Даги, а почему ты другой? Почему не стал, как они? — поинтересовалась Олия. — Не знаю, — откликнулся оборотень. — Знаю только, если слишком долго находиться в волчьей шкуре, разум зверя порабощает, но со мной такого не случилось. — Да че тут гадать? — поддержал разговор Цыган. — Ты королевский отпрыск. Хоть и не совсем стандартный. В тебе магия династии, она и не дает превратиться в одну из тех тварей, что мы сегодня видели. — Я думал об этом, — согласился Даги. — Но не могу утверждать, что эта теория верна. Не исключено, мой брат Тимур знает ответ. — Даги, а инферно здесь появляются? — спросил уже Эмиль. — Стражи засекают существ, когда они уже минуют вымершие земли. — Эти сразу к границам топают, тут им не нравится. За нашими душами инферно не охотятся, так что никто тут на них своих сил не тратит. Мы пробирались сквозь чащу много часов подряд, а с заходом солнца тяжелый и темный лес отступил, выпуская нас из хвойного мира.

Эмиль велел отправляться нам по домам, а его путь вместе с Даги лежал во дворец. Признаться, я так устала, что еле волочила ноги, сил не осталось даже на то, чтобы проложить портал-переход для себя. — Платош, посидим немного, — совсем не изящно опустилась я на изъеденную короедами ель, давно поваленную ураганным ветром. Кот отозвался недовольным кряхтеньем, но из мешка не вылез. — Эй, Ведьмочка! — накрыла меня тень Цыгана. — Чего расселась? Твой декан чего приказал? По домам! Отдыхать. — Мне плохо, — отвернулась от него. — Я не настоящий боевой страж. Не привыкла к подобным нагрузкам. — Так и быть. Помогу тебе, — быстро подхватил он меня под локоть, поднимая с трухлявого дерева. — Тем более нам в одну сторону. Задать вопрос, почему это нам в одну сторону, не успела, воронка перехода затянула мгновенно. Портал следопыта напоминал туннель-нору, со снующими в ней кротами, и, в отличие от моего зеленого, изобиловал коричневыми красками. Магический переход привел нас прямиком к моему дому. — В гости что ли собрался? На ночь глядя…, — припоминала, что Цыган живет вовсе не поблизости от особняка семьи Йеллан. — Презент хочу подарить, — смущался Цыган, когда речь заходила о Матильде. — Не зря же волчью шкуру на себе тащил. А сестра, словно караулила у окошка, уже вышла из своего флигелька и направилась к нам. Или ей сердце подсказало, кто пожаловал? — Цыган, у меня для тебя тоже презент есть, — давно подготовлен у меня перстень от сглаза, который я собиралась подарить ему за то, что поддерживал меня в мой первый день в подземной Академии. — Не уходи только. Сейчас принесу. — Заинтриговала, Ведьмочка, — пригладил он пятерней свои волнистые волосы. — Привет, — проплыла мимо меня Мотя, сосредоточив все внимание на госте. Я сбегала к себе в спальню, потеряв по пути Платона, рванувшего на кухню, вынула из ларца заговоренный перстенек и поспешила обратно. Матильда стояла у калитки, завернутая в еще не до конца обсохшую после выделки шкуру, и кокетничала с Цыганом. — У тебя появился шрам на щеке, — услышала ее голосок, изменивший обычную тональность. Сейчас в нем появилась сахарность. Кто бы мог подумать, что своевольная Мотя так умеет? — Я приготовлю заживляющее снадобье. — Вообще-то шрамы украшают мужчину, — облокотился Цыган о заборчик калитки. — Но, раз снадобье будет приготовлено тобой, Лучезарная, я готов получать шрамы в бою хоть каждый день. Позабыв о ревнивости сестры, я подошла к ним и протянула следопыту свой подарок. — Вот. Держи. Заговоренный. От сглаза. — Спасибо, Ведьмочка, — сел перстенек идеально на его указательный палец, а на меня обрушился дождь из сажи. — Матильда, ты чего!? — обиженно вытирала я лицо, пачкая руки. — Ничего, — прищурилась она. Вот же мстительная… Все-таки лассо ее рук дело. Приревновала к Эмилю, теперь к Цыгану ревнует. Как бы опять от меня не избавилась. Испугавшись, что меня вновь вышвырнет в будущем, торопливо объяснилась. Так как правды говорить было нельзя, пришлось импровизировать. — Цыган меня на болотах спас от змеи ядовитой. Еще в прошлую экспедицию.