Книга Лассо из будущего, страница 42 – Мира Форст

Лорд расправил плечи, вероятно, почувствовал себя героем. — Надо у Шарлоты поучиться искусству получать от мужиков все, что захочешь, — прошептала мне на ухо Олия. — Даги, так ты вернешься во дворец? — спросил мужчина, от которого мне пока не удавалось получить все, чего захочешь. Я замуж за него хочу, а не по вымершим землям шляться и сражаться со всеми подряд. — Почему бы не познакомиться с братом Тимуром? — улыбка Даги вышла хищной. В результате замок нам удалось покинуть через трое суток, так как все это время небо продолжало бушевать, то заливая землю потоком воды, то закрывая видимость снежной вьюгой. Хотя мы и были гостями, побездельничать не удалось. Девочки помогали Марии с готовкой и уборкой. Мальчики делали тяжелую работу, таскали дождевые бочки, переливая из них воду в каменный резервуар, чинили обвалившуюся кладку. На четвертые сутки непогода сменилась жарким солнцем, мокрая почва и лужи в канавах высохли всего за пару часов. Вандергор отправился провожать нас вместе со своим разношерстным отрядом до самого леса. Мы прошли цветочные поля, густой, но непродолжительный подлесок, выбрались на дорогу, как показалась стена. Я воображала ее совсем другой. Каменной, например. Или булыжной. Но магическая стена представляла собою гудящую и переливающуюся разноцветьем материю, а еще воздействовала на все мои внутренние рецепторы, усиливая их. Наверное, поэтому я услышала и увидела прежде, чем дикий оборотень успел напасть.

Вслед за первой зверюгой показалась вторая. Огромные туши с клочковатой темно-серой шерстью, вытянутыми мордами и устрашающими клыками. Из-за стволов деревьев выходили все новые и новые звери. Да сколько же их? — застыла я в немом изумлении, ощущая, как общее напряжение, так и острое желание кинуться в бой некоторых из нас. Даги и Вандергор не выглядели напуганными и поигрывали бугристыми мускулами. Оборотни ступали мягко, едва слышно, оставляя когтистыми лапами кривые борозды на подсохшей почве. Самыми ужасными были их глаза — огненные, будто в них полыхает пламя, налитые лютым бешенством и дикой злобой. Чудовища, а не волки. Вожак этой стаи прыгнул первым, оттолкнувшись лапами от вздыбленной коряги. Из его пасти сочилась обильная слюна. Свист и, обратившийся Даги схлестнулся с ним. Его мех отличался от остальных буро-красным окрасом, в зрачках алел, скорее, не костер, а рассвет. На лету бурый зверь полоснул когтем серого, и они оба кубарем полетели вниз, вгрызаясь в бока друг друга. Злобное клацанье переросло в свирепый рык, и твари напали скопом. — Шарлота! Подпали их! — выкрикнул Эмиль, уклоняясь от оскаленной морды и задвигая меня за спину. Он вновь думал обо мне. Только я теперь тоже кое-что умела. Разозлившись хорошенько, помножив свой гнев на страх за дорогих мне людей, заставила закружиться трухлявые пни и острые коряги, обрушая их на тварей. Ощутимого вреда такое орудие не могло нанести, но заставляло зверюг отвлекаться, что давало возможность боевым стражам и отряду Вандергора наносить диким оборотням смертоносные удары. В воздухе запахло подпаленной шкурой, но даже ожоги не останавливали жутких ликанов. Один из них бросился в атаку на Цыгана. Следопыт ушел влево, сделал обманное движение и воткнул в горло волка нож. Серая туша свалилась трупом к его ногам. Возле самого моего уха клацнули мощные челюсти, и в ту же секунду на морде оборотня повис Платоша, вонзая свои когти в алые глазницы. Да… мой кот иногда бывает трусом, но бывает и отважным. Ревя ненавистью и болью, оборотень вознамерился перекусить Платона. Эмиль полоснул клинком, и зверь застыл мраморной статуей, потом лапы его подкосились, и он рухнул мертвым. Я уже видела, как сражается отряд Вандергора, несколько дней назад они хорошо так наваляли боевым стражам, и сейчас гуттаперчевое войско молотило противника точными и смертельными ударами. Сам Вандергор был реальным королем этих вовсе не вымерших земель. Он дрался, словно играючи, словно — это не бойня, а разминка перед ней. Гвоздодером решетил зверя, а когда все гвозди были выпущены, принялся голыми руками сворачивать шеи тварям. Шарлоте удалось превратить одну зверюгу в факел, и это стало сигналом для других оборотней, скалясь и рыча, они начали отступать. — Они теперь затаятся в лесу? — волновало Шарлоту то же, что и меня. Как мы пойдем по тропе, зная об оборотнях, поджидающих за любым кустом. — Не волнуйся, куколка, — вытащил Вандергор из кармана камзола кривой нож и отрезал голову одному из убитых оборотней. — Дикие не ходят глубоко в лес. Им приходится держаться вблизи стены, иначе их кости начнут ломаться без магической подпитки.