Книга Сводная не для меня, страница 46 – Тина Дорофеева

Вкрадчиво интересуюсь, и Ника неуверенно кивает.

— По твоей версии.

— Отлично, тогда я просто обязан превратить слухи в реальность.

— Что? – Ника дергается, когда я обхватываю её шею, – Ант…

Затыкаю её. И с трудом удерживаюсь на ногах, когда ощущаю тепло её губ. Из неё вырывается писк.

Снова дергается, но я только сильнее прижимаю её к себе, зарываясь в мягкие волосы.

Тело, как струна натянутое постепенно расслабляется, а я ловлю каждый стук её сердца, который ощущаю через одежду.

Она отвечает. Неуверенно, и мягко. От чего перед глазами красные пятна вспыхивают и мне окончательно мозг взрывает.

Мое сердце замирает, когда ощущаю, как её тонкие пальцы зарываются в моих волосах на макушке.

Я будто до неё не целовал никого. Что сейчас происходит – непередаваемо.

Крышу уносит километров на пятьсот от головы.

Грохот открывающейся двери, отрывает меня от Ники.

— О, Антоха, решил попробовать ещё раз, – голос Оскара врезается в слух.

Ника дергается и бледнеет.

А из меня рвутся ругательства сквозь зубы.

Ника

Антон прикрывает меня, но мне не становится от этого легче. Каждый миллиметр кожи горит словно в лихорадке.

Цепляюсь за рукав Антона, хотя хочется убежать. Спрятаться от этого позора.

— Ты заблудился? – голос Антона хрипит.

Он проводит ладонью по моей руке и этот жест заставляет меня задрожать.

Опускаю глаза, наблюдаю за тем, как он обхватывает мою ладонь.

Пытаюсь разобраться, что это? Молчаливая поддержка?

— Вроде нет, – усмехается Оскар.

— Тогда что ты тут делаешь? – Антон продолжает отвлекать Оскара неважными вопросами.

Мне же в этот момент хочется, чтобы они оба исчезли, и я без задержки свалила отсюда.

— Ухожу, ухожу, – облегченно выдыхаю, но как оказалось рано.

— Стоять, – прикусываю губу и из меня вырывается тихий стон.

Антон крепче стискивает мою руку, а у меня слабеют коленки от волнения.

Или от пережитого поцелуя. Первого, между прочим.

И его так нагло испоганил Оскар. Мысленно даю себе подзатыльник. О чем это я? Да я должна быть рада, что нас прервали и оторвали друг от друга.

— Ты уж определись, что мне делать-то?

— Зайди. Разговор есть.

А мне остается сдерживать скулеж. Антон бросает на меня быстрый взгляд, но тут же отвлекается на шаги Оскара.

— Может я пойду, мальчики? – я ненавижу себя сейчас за то, как звучит мой голос.

Словно мне палей прищемили, и я пытаюсь не зареветь от боли.

— Куда? – голубые глаза впиваются в мое лицо, а я неуверенно улыбаюсь и пожимаю плечами.

— Ну что я вам мешать буду? Беседуйте.

— Стой, где стоишь, Ник. Это и тебя касается, – и он не просит, он мне приказывает.

Открываю рот, но почему-то ничего не могу возразить.

— Тоха, давай уж, чего ты хочешь?

— Кто там сплетни про нас разносит?

Прячусь за Антоном, но не могу удержаться, чтобы не посмотреть одним глазком на Оскара. Хочу увидеть его реакцию.

Он явно удивлен. Выгибает бровь и окидывает нас взглядом.

— Ты про то, что…

— Про мои похождения, – прерывает Оскара.

— Мне Маркелов ляпнул, но я как-то не придал значения. Мало ли что он там трындел, – Оскар прячет руки в карманы и пожимает плечами, – а сейчас вижу, что это могло быть и правдой.

Снова усмешка. Теряю контроль и слышу скрип зубов. Моих, блин, зубов.

Антон усмехается тут же, разозлив меня ещё сильнее.