Книга Сводная не для меня, страница 45 – Тина Дорофеева

Ерошу челку и устало разминаю шею.

Тело наконец-то слегка расслабляется, плечи опускаются, и я могу дышать спокойно, а не как загнанный зверь.

— Какого..., – вскакиваю с лавочки, когда мне за шиворот начинает заливаться ледяная вода.

Разворачиваюсь и слышу писк Ники, которая пытается тут же свалить, но я догоняю её в несколько прыжков.

Закидываю её на плечо.

— Отпусти меня, увалень!

Она начинает активно брыкаться, попадая мне острыми коленками по всему, что попадется.

— Ты вообще мозги окислителем растворила, пока в блондинку превращалась?

— Идиот, это мой натуральный цвет! – визжит на весь коридор и пинает меня в бок.

Не сдерживаюсь и охаю от боли, прострелившей ребро.

— Тебе же хуже, – громко ржу, а Ника в ответ только громко рычит, – такая отмазка глупости пропадает.

— Ненавижу тебя! – зло выдыхает мне в спину.

Дергаюсь от этих слов.

— О, хоть что-то у нас взаимно, – припечатываю, просто чтобы тоже задеть.

Потому что последнее, что я сейчас чувствую – это ненависть к этой взбалмошной девчонке.

Бесит, да. Но это точно ничего общего с ненавистью не имеет.

Затаскиваю её в гардероб, где обычно все раздеваются, когда в школе какое-то мероприятие. Скидываю её с плеча, и она пошатывается.

На автомате перехватываю её за локоть и удерживаю, чтобы не свалилась.

Спину неприятно холодит мокрая майка и я передергиваю плечами, чтобы избавиться от противного ощущения.

— Ты что творишь, истеричка? – ко мне возвращается злость за очередную выходку, и я встряхиваю Нику за плечи.

Светлые волосы рассыпаются по плечам, и меня пронзает её колючий голубой взгляд.

— Я что творю? Это ты какого черта распускаешь грязные сплетни? Решил за мой счет самоутвердиться?

Слушаю и не врубаюсь в чем она меня обвиняет.

— Да о чем ты вообще? – снова встряхиваю и вижу, как на её глазах блестит влага.

На секунду теряюсь, но убеждаю себя в том, что она просто сейчас давит на эмоции.

Ника бьет меня в грудь. Раз. Второй и рычит от злости. Что не реагирую.

Перехватываю её руки и фиксирую их, чтобы не дрыгалась.

Градус в помещении растет, меня рвет от сдерживаемой злости и желания вытрясти из Ники все, что она там себе придумала.

Ну или хотя бы услышать внятный ответ, за что она меня полила как грядку с цветами, блин!

— О чем я? О чем? – кричит она, – какого черта ты распространяешь по школе слух, что мы целовались. И что я оказалась никакой, поэтому ты тут же переключился на Вику.

Кажется, я сейчас слышу грохот, с которым моя челюсть падает на пол.

— Ты что несешь? – зло реву ей в лицо.

Она зажмуривается и передергивается.

— Зачем бы мне это делать, мать твою? – продолжаю напирать на ней.

Прижимая к стене. Ника пытается упереться и отодвинуть меня, но когда я злой, то меня и стена не остановит, не то что какая-то хиленькая девчонка.

— Зачем, я спрашиваю?

— Я не знаю, – Ника так же на взводе, – решил показать, что ты крутой пацан. Что любая девчонка спит и видит, как бы с тобой замутить.

— Ты дура?

Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох, иначе я за себя не отвечаю.

— Это ты…

— Замолчи, блин, – рычу на неё, и она захлопывает рот, – обвиняешь меня в сплетнях, значит.

— Да ты же сам жаловался, – она топает ногой и пытается пронзить взглядом.

Скриплю зубами.

— Отлично, значит, мы целовались.