Книга Одноклассница. Я тебя ненавижу, страница 86 – Тина Дорофеева

Кирилл дергает меня за подбородок, и мы встречаемся глазами.

— Ты расстроена, это нормально. Но никогда не думай, что я буду против тебя. Поняла меня? Я всегда на твоей стороне, родная.

Не сдерживаюсь. Встаю на носочки и прикасаюсь к его губам. Мне так нужен этот поцелуй.

Кир не сопротивляется. Обхватывает меня за бедра и отрывает от пола. Сжимаю его талию, ещё сильнее прижимаю к губам.

Запутывается в моих волосах, качает на руках, как маленького ребенка.

— Я тебя люблю, – выдыхает мне в губы.

И становится так хорошо. Что он у меня есть, и он рядом со мной.

— Я тебя тоже люблю, Кирилл.

Пробираюсь поздно вечером в квартиру. Но не успеваю преодолеть коридор, меня ослепляет свет.

На пороге бабуля. В той же одежде, в которой была, когда я убегала.

Меня пронзает стыд, и я опускаю глаза.

— У Кирилла была, надеюсь? – дергаю головой и удивленно таращусь на бабулю.

— Что? – она пожимает плечом. – Я хоть знаю, что с ним ты в безопасности.

— У Кирилла, – не вижу смысла отпираться и юлить. – Где Вита?

— Родители отвезли в лагерь её этот спортивный.

— А они? – спрашиваю, а самой страшно становится, что они вернутся за мной.

— Тоже уехали.

Бабушка абсолютно невозмутима, словно несколько часов назад мы не ругались и я не убегала из дома.

— Куда?

Она пожимает плечами.

— Да кто ж их знает. Может, в гостиницу, может, в аэропорт.

Делаю глубокий вдох, чтобы спросить самый волнующий меня вопрос.

— А я?

— А что ты? – бабуля скрывается в кухне, оставляя меня одну.

Скидываю ботинки и иду за ней. Мне нужны ответы, я так и не успокоилась до конца.

— Б-а-а-а-а-а-а, – упираю кулаки в бока.

Остается только топнуть ножкой для пущей убедительности.

Она наливает стакан воды и поворачивается ко мне лицом. Вопросительно выгибает бровь и кивает.

— Катюш, я правда не знаю, куда они направились. Мы с ними поговорили, они собрались с Виткой и уехали. Все.

— Так, а, – подбираю слова, но получается фигово, – я?

— А ты остаешься тут.

Завидую спокойствию бабули. Хлопаю глазами и открываю рот от удивления.

— Как ты их убедила?

Бабушка прикрывает глаза и выдыхает.

— Есть у меня рычаги, Кать. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива и ничего тебе не мешало в музыке и образовании. И уж точно я не хотела, чтобы ты думала, что я вас с Витой купила.

— Бабуль, прости, – делаю неуверенный шаг к ней и хватаю за руку, – прости меня за эти слова. Я что-то на эмоциях сказала, не подумав.

Бабушка усмехается.

— Это точно.

Стискивает мою руку.

— Они точно меня не заберут?

Спрашиваю, а сама перестаю дышать. Боюсь услышать ответ, который разорвет меня на части.

— Пусть попробуют.

И только после этих слов я расслабляюсь. Я верю бабуле, она не допустит этого.

— Ну и что там у тебя на концерте? Ты уж прости меня, что я не смогла приехать и поддержать, – бабуля недовольно сжимает губы.

— Перестань. Я не обижаюсь, у меня там такая группа поддержки была, – хмыкаю и обнимаю бабушку, чтобы передать через это объятие, как я её люблю, – меня взяли. Точнее, пока я просто в пятерке лучших. Но я так счастлива, ба.

Выдыхаю и слышу тихий смех.

— Я тоже за тебя рада, Катюша. Ты заслужила.