Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 37 – Чхон Чжихе

Ему вспомнились лица родителей – господина Ли Чонхака и госпожи Сон, которые мечтали видеть Соран его женой.

Боль в груди становилась все сильнее. Синвон перехватил меч и пошел в наступление.

Деревянные мечи сталкивались в воздухе с такой яростью, что казалось, высекали искры. Напряжение не уступало настоящему бою.

Раньше Соран всегда находила их поединки забавными. Но теперь невольно сжала кулаки – ладони стали влажными. Она боялась, что кто-то из них… может по-настоящему пострадать.

Больше всего Соран пугал взгляд Синвона. Резкий, как вспышка пламени, холодный и опасный.

— Сегодня ты вкладываешь в свои удары слишком много силы, – заметил Хон, отражая его удары.

— Разве не вы сами велели не сдерживаться?

— Не сдерживаться – не значит устраивать мятеж.

Клинки снова скрестились. Хон пошел в атаку, с каждым ударом оттесняя Синвона.

— Я и не замышлял. – Синвон отбил удар и тихо добавил: – Я лишь пытался защитить то, что должен.

Хон резко провел мечом по дуге, целясь в грудь. Синвон развернулся, уходя от выпада, и ветер, холодный до ломоты, закружил полы их одежд, придавая поединку зловещее величие.

— Раз уж речь идет о вас, разве не вы сами должны охранять свое? – Обстановка становится все опаснее.

Мечи соприкоснулись вновь. На этот раз Синвон первым пошел в наступление.

— Разве ты не для этого и вернулся во дворец – чтобы остановить надвигающуюся опасность? – Хон отразил удар и стремительно отступил.

— Есть нечто, о чем вы непременно должны узнать. – Голос Синвона стал еще тише, но в нем звучала решимость.

— Сегодня ты решил доложить с особым напором, – пробормотал Хон, упершись спиной в каменную стену.

В воздухе повисла напряженная тишина. И вдруг… Синвон бросил меч на землю.

Он наконец принял решение.

— Соран. Если не скажешь ты, то придется сказать мне. О том, кто стоит за этим отбором. О том, кто ты на самом деле.

О том, что Хёнхи – ее единокровная сестра. Что настоящая Е Хёнсон – это она, Соран. Что охота на нее велась из-за отбора. Что за всем стоит ее мачеха.

— Я больше не могу молчать, – выдохнул он. В прошлый раз он сдержался, потому что Соран попросила. Потому что решила: королю нравится Хёнхи и если они вмешаются, то все пойдет наперекосяк.

Синвон посмотрел ей в глаза:

— Но теперь… Пора все рассказать. Я не могу больше стоять в стороне. Если мы позволим им победить – все пропало.

Это было его решение. Его выбор. Его долг. Ради этого он вернулся во дворец. Он не мог бездействовать.

— Синвон… я сама все расскажу. Так будет вернее, – тихо сказала Соран. – Все слишком запутанно. Я сама все объясню.

В ее правом глазу сверкнула едва заметная слезинка.

Хон, до этого прижатый к стене, спрятал меч за пояс и шагнул вперед.

— Ты хочешь сказать, что твоя личность и происходящие на отборе интриги как-то связаны?

— Я все расскажу, – кивнула она.

— Какую тайну вы двое от меня скрывали?

— На то были причины, – мягко ответила она. – Но сначала… позвольте привести вас в порядок.

Соран поправила на нем воинские одежды, сбившиеся от поединка. Взгляд Хона все это время был прикован только к ней.

Неужели она и правда собиралась заговорить о том, чего до сих пор не произносила вслух, – о своем настоящем имени? Собиралась раскрыть, кто она на самом деле?

Когда напряжение достигло пика, внезапно раздался голос: