Книга Дракон из черного стекла, страница 349 – Джим Чайковски

Грейлин уже стал понемногу привыкать к вони горящего серного камня – дыханию этого мерзкого Дракона. Теперь, когда они подошли ближе, у него защипало в глазах, а на языке появился кислый привкус. Но теперь он мог уловить и горьковатый металлический привкус в воздухе. Хотя исходил тот не из этих двух столбов дыма, а вроде как вырывался из огромного грота, который открылся перед ними.

Кальдер мягко ступал сбоку от него, угрожающе скалясь и время от времени издавая глухое рычание. Варгр внимательно следил за темными фигурами, застывшими на стекле, настороженно поворачивая уши в разные стороны.

За ними следовали Даал и Никс, которых охраняла Викас. Женщина-гора вновь облачилась во все свои кожаные доспехи и несла на спине огромный палаш, но сохранила головной платок, который Аррен подарил ей во время перехода из леса Эргёш в деревню. Это была вроде как единственная уступка обычаям этой земли, которую она была готова себе позволить.

Шийя тоже держалась поближе к Никс и Даалу, готовая в случае чего использовать свою бронзу, чтобы защитить их. А Дарант отправил им вслед еще дюжину людей, которые прикрывали их с тыла.

С оставшегося позади «Огненного дракона» доносились крики и стук молотков. Капитан и оставшиеся матросы поспешно ремонтировали корабль – как его разбитый корпус, так и поврежденные горелки. После того, что произошло во время предыдущей активации турубьи, все понимали, что может потребоваться поспешный отлет.

Вокруг летучего пузыря «Огненного дракона» кружила троица рааш’ке, готовых защитить корабль от нападения с воздуха. Причем не только от уцелевших та’винов.

Высоко в небе пронеслись темные крылья, забрызгав черное стекло остро пахнущим пометом. Рычание Кальдера стало громче.

— Это уже восемнадцатый, по моим подсчетам, – объявил Даал, прикрыв глаза рукой и следя за удаляющимся манкраем.

Над отвесными склонами горы кружили еще несколько летучих зверей. Некоторые пристроились на скалах, расправив крылья, чтобы охладиться. После того как были замечены первые три призрака, появились и другие.

— Я отправила вдвое больше, – мрачно заметила Никс. – Весь остаток сверхсмерча.

— Должно быть, они наткнулись там на та’винов, – отозвался Крайш. – Будем надеяться, что они окончательно избавили гору от их присутствия.

Грейлин заметил, каким затравленным взглядом, с каким несчастным выражением лица Никс смотрит на сократившуюся в численности стаю. Это ведь она наслала на манкраев безумие – и это было все, что от них осталось.

Джейс продемонстрировал свою обычную способность читать мысли Никс:

— Такая их численность вполне позволяет колонии восстановиться. Наверняка еще сотни манкраев по-прежнему сидят в своих гнездах среди скал. Совсем молодые, беременные самки – или те, кто просто не внял призыву. Они опять размножатся. Только теперь свободные от той порчи, что оскверняла их.

— По крайней мере, таков был последний дар их короля, – с надеждой пробормотала Никс.

Когда она двинулась дальше, спина у нее заметно выпрямилась.

Грейлин кивнул Джейсу, ценя такую поддержку даже больше, чем огромную гулд’гульскую секиру, которую тот нес в руке.

Дальше они двигались в молчании. Тяжесть всего этого стекла подавляла любое стремление заговорить. Грейлин уставился на громоздящуюся впереди гору, которая по мере их продвижения становилась все выше и выше. Огромные участки отвесных склонов давным-давно откололись, образуя внизу запутанный лабиринт из острых, как бритва, скал. Прямо впереди гору взрезал высокий пролом, к которому вела разбитая колея, оставленная в стеклянном крошеве полозьями саней и хрустальными подошвами защитной обувки тяжело нагруженных пярдё.