Книга Дракон из черного стекла, страница 261 – Джим Чайковски

— Битва на побережье все еще продолжается, – заметил он. – Похоже, что наши войска понемногу продвигаются на север. Или, может, я просто на это очень сильно надеюсь…

— Лучше будем надеяться, что этот отвлекающий маневр будет стоить всех тех потерь, в которые он обойдется, – буркнул Канте.

Крик капитана и его вытянутая рука привлекли взгляды обоих к востоку. Там сквозь низкие облака пробивались языки пламени, высвечивая пару длинных килей, прорезающих себе путь на юг. Все остальное скрывалось в грозовых облаках, исчирканных молниями, – в том числе и огромные летучие пузыри этих военных летучих кораблей, наполненные быстровоспламеняющимися подъемными газами. Канте нахмурился, наблюдая за их прохождением.

— Если клашанским силам и удалось хоть сколько-то продвинуться, то мой братец явно намерен их остановить.

Рами пожал плечами.

— Чем больше кораблей он туда отправит, тем лучше для нас.

Крошечный флот Канте покинул Кисалимри три дня назад, отправившись в путь на полдня раньше основных клашанских сил – помчавшись на всех парусах, чтобы опередить остальных. Баржи должны были прибыть в бухту Обещаний задолго до появления там основных клашанских сил, которым на тот момент следовало отвлекать внимание противника на дальних подступах к халендийской столице. Увы, но штормовой ветер и неспокойное море замедлили движение кораблей Канте. Они находились еще во многих лигах к югу от залива, когда с аванпостов Халендии доложили, что клашанские силы широким фронтом налетают на них под прикрытием грозы.

После этого Канте оставалось лишь смотреть, как большие отряды халендийских кораблей один за другим продвигаются на юг – как по штормовому морю, так и в грозовых небесах, – чтобы противостоять этому вторжению. Последние четыре колокола оба эти военных флота стремились к югу буквально нескончаемым потоком, заполнив небо пылающими горелками и расцветив бушующее море множеством туго надутых парусов.

К счастью, на семь небольших грузовых барж под дельфтским флагом практически никто не обратил внимания – пока они не вошли в бухту.

На входе в нее Микейн выставил кордон из боевых кораблей, включающий два огромных линейных корабля, которые раскачивались на черных волнах, словно сияющие огнями за́мки. Две баржи из семи были остановлены и досмотрены, после чего их благополучно пропустили. Это был очень напряженный момент, но из-за штормового ветра, громоздящихся друг на друга волн и тяжелого железа в трюмах никто не потрудился отыскать потайные двери, за которыми скрывались десятки вооруженных до зубов людей. Те, кто находился в тот момент в поле зрения – вроде матросов, что суетились сейчас на палубах, – носили дельфтские знаки различия.

На входе в порт баржа с Канте на борту проплыла мимо стоящей на якоре галеры, весла которой были убраны, а паруса туго свернуты. Под тусклым фонарем на ее палубе сгорбился единственный матрос – с таким же несчастным видом, как и Канте.

— Мы приближаемся к причалу, – объявил Рами. – Пора готовиться к высадке.

Канте ступил на трап, в последний раз глянув в сторону берега. Прямо перед ними в порт спешили еще сотни судов, быстро заполняя все причалы и якорные стоянки. Все они стеклись сюда в поисках безопасной гавани, спасаясь как от шторма, так и от предстоящего сражения.