Книга Дракон из черного стекла, страница 185 – Джим Чайковски

Позади них послышался крик Райфа:

— Фенн, стой!

Грейлин резко обернулся. Похоже, что тот подобрал нож, оброненный кем-то во время всей этой суматохи, и уже прижимал его к горлу Оррена. К этому времени верховный министр уже превратился в обтянутый кожей скелет. Лезвие прочертило багровую полосу на иссохшем горле.

— Он убил почти всю мою семью! После его признания, засвидетельствованного всеми, я требую возмездия!

Фрейя, спотыкаясь, двинулась к нему.

— Не стоит, Фенн. Все кончено.

Это оказалось правдой.

Оррен последний раз судорожно глотнул воздуха, глаза у него провалились обратно в глазницы, а язык сморщился, превратившись в черный кожаный лоскут. Кезмек исчез, и теперь уже бывший министр рухнул на палубу, избежав ножа Фенна.

В этот самый момент Джейс тоже отшатнулся назад и тяжело упал на спину, охнув от боли. Потом приподнял голову, тяжело опираясь на здоровую руку, и в глазах у него сквозь боль просвечивало откровенное замешательство.

Подошедшая Викас помогла молодому человеку прийти в себя.

Райф наконец обнял Шийю, которая уже достаточно остыла, чтобы к ней прикоснуться.

— В следующий раз, когда тебе захочется сбежать, – укоризненно сказал он ей, – сначала скажи мне.

Фенн бессильно опустился на колени. Фрейя упала рядом с ним. Оба чувствовали себя теперь намного свободнее – клеймо предательства больше не тяготило их. Исковерканное прошлое обоих могло вновь обрести цельность.

И все же один из них так и не был окончательно удовлетворен.

— Он заслуживал худшей смерти, – процедил Фенн.

Фрейя вздохнула.

— Смерть есть смерть.

Грейлин задумался, так ли это, припомнив, как Никс описывала свою встречу с той пустотой у Джейса внутри – как эта бездна не только вытянула из нее обуздывающий напев, но и полностью разрушила его, как будто его никогда и не существовало.

«Не произошло ли нечто подобное и здесь?»

Сущность этого вероломного ублюдка и вправду сгорела дотла, не оставив надежды на возрождение или новое воплощение?

«Осталось лишь пустое место?»

Если так, то, пожалуй, в этой смерти все-таки имелся определенный баланс справедливости, в конце-то концов.

Грейлин посмотрел на Траска, подумав, смогут ли они вдвоем достичь такого же баланса. Коммандер все так и стоял будто в трансе, хотя его корабль был охвачен огнем.

— Так на чем остановимся? – спросил у него Грейлин.

— Похоже, я должен пересмотреть вашу просьбу… – Траск повернулся, взял из рук одного из рыцарей ножны и вложил Терний в ладони Грейлина. – Как только стихнет буря, все вы вольны идти куда глаза глядят.

Грейлин благодарно склонил голову.

— Прошу без обид… – Траск посмотрел на Джейса, а затем на возвышающуюся за ним бронзовую фигуру Шийи. – Однако молюсь, чтобы больше никогда никого из вас не увидеть!

Через пять дней после того, как руины остались далеко позади, Никс поднялась в рулевую рубку «Огненного дракона», вытирая пот со лба. Одежда прилипла, казалось, к каждой клеточке ее тела. Во рту было так же сухо, как в пустыне за окном. Каждый вдох обжигал легкие.

Джейс, который рядом с Фенном склонялся над картой на судонаправительском посту, заметил ее появление, выпрямился и повернулся к ней. Его раненая рука висела на перевязи, но в остальном он вроде полностью оправился. То, что таилось у него внутри – какое-то темное зеркало ее обуздывающего напева, – было по-прежнему надежно заперто там.