Книга Ледяная колыбель, страница 358 – Джим Чайковски

И тут по залу разнесся пронзительный свист, который, казалось, становился все громче. Натиск на паладинов ослаб, и сквозь шум прорезался чей-то голос:

— Стойте!

Откуда-то сзади появилась фигура в сияющих доспехах, высоко поднявшая пару мечей и скрестившая их над головой в дерзком подобии клашанского герба.

— Сдавайтесь, и останетесь в живых! – крикнул принц Мариш, взгляд которого прожег серебряный прилив до самых золотых тронов – до Аалийи. – У меня нет желания проливать кровь моих братьев и сестер! – продолжал он. – Вы были обманом втянуты в предательское деяние, поэтому я не стану требовать ваши головы. Но сражайтесь, и у меня не будет выбора!

Щит Ангелон повернулся к Аалийе.

Ярость воспламенила ее. Она оттолкнула крупного мужчину в сторону и шагнула вперед, чтобы встать перед двумя тронами и ожечь своего брата гневным взглядом. И тут заметила какие-то тени, укрывшиеся за ним, а также белые одежды Дреш’ри, стоящего рядом с принцем. Это был тот ублюдок Зенг ри Перрин. Она не знала, насколько этот человек приложил руку к тому, чтобы склонить Мариша к этому акту предательства, к нарушению данной ей клятвы. И все же это не имело значения. Знала лишь одно: побудить ее вспыльчивого братца к каким бы то ни было действиям можно без особых усилий.

Аалийя напрямую обратилась к изменнику.

— Дражайший братец, – крикнула она насмешливым тоном, – ты что, свалился с «Соколиного крыла»? Или покинул свой корабль и дезертировал из имперских сил, только чтобы совершить этот акт предательства?

— Не переживай, сестричка! «Соколиное крыло» уже на пути сюда. И ведет за собой остальных из нашего Крыла, которые не будут мириться с изменой в наших стенах.

Аалийя боролась с желанием съежиться. Скольких уже удалось склонить на сторону Мариша? И сколько таких еще появится? Она понимала, что если этот переворот окажется успешным, то после этого ее уже никто не поддержит.

— А как же битва за Тайтин? – с вызовом спросила она его. – Ты ослабляешь нас, когда нам потребны все наши силы! Это поступок императора или труса?

В рядах Мариша поднялся ропот. Но это его нисколько не смутило.

— Мы всегда можем побить халендийцев! – прогремел он. – Они всего лишь муравьи у нас под ногами! Разве это не так?

Одобрительные возгласы встретили эти слова, заглушив первый робкий ропот.

— Самая большая опасность для империи находится в этом зале, – указал на нее Мариш. – Стоит прямо перед вами!

Аалийя поняла, что ее брат никогда не отступит.

«И в конце концов не оставит меня в живых».

Ему пришлось бы судить ее и приговорить к смерти. Она холодно осознала это и приняла как должное. Но Аалийя хорошо знала Мариша. Если она подчинится, он пощадит двух ее братьев.

Она повернулась к Джубайру. Тот, должно быть, прочел вопрос у нее в глазах. Он расправил плечи и слегка покачал головой. Потом дотронулся до застежки на своем горле. Джубайр отказывался передать этот плащ своему неверному брату. Плащ, который возложил его на плечи их отец, – и он не расстался бы с ним, чтобы умилостивить предателя, даже если б это стоило ему головы.

Аалийя повернулась к Рами, стоящему с другой стороны.

Преувеличенно уязвленное выражение лица младшего принца вызвало у нее легкую улыбку. Его молчаливый упрек был понятен. «Тебе обязательно вообще о чем-то спрашивать, дорогая сестра?»