Книга Черные крылья, наследница пепла, страница 41 – Анастасия Понамарёва

Он не глянул на Оджени. Весь его фокус, вся его кипящая ненависть были прикованы к Адиану-Поглотителю.

— Ледяной Демон... — прошипел Адиан, багровый свет вокруг него с усилием сгущался, затягивая черную ожоговую полосу на щеке, оставленную вспышкой. — Надоедливый **шлак**. Я пришел не к тебе.

— А я пришел к *тебе*, — Ридеон выпрямился, игнорируя хруст собственных ребер. Голос был низким, вибрирующим, как натянутая струна, готовящаяся лопнуть. — Отпусти ее. И сгинь. Пока можешь.

Поглотитель засмеялся, но смех был резким, фальшивым. Он скользнул взглядом от Оджени к Ридеону, его багровые зрачики сузились в щелочки.

— Интересно... — протянул он, ковыряя ногтем обгоревшую плоть на щеке. — Она твой... якорь? Единственное, что не дает тебе стать таким же, как я? Холодным. Истинно Целым. — Он снова сделал шаг к Оджени. — Давай проверим...

Ридеон двинулся. Не к Адиану. **К Оджени.** С рычанием, похожим на звериное, его бронированная рука обхватила ее талию, сжав так, что кости затрещали. Он рванул ее к себе с силой, не оставляющей места сопротивлению. Оджени вскрикнула от боли в ушибленных боках и неожиданности. В тот же миг его свободная рука метнула в Поглотителя еще один маленький черный предмет.

**БА-БУМ!**

Не огонь. **Ледяной вихрь.** Миниатюрная, но яростная метель из бритвенно-острого инея взметнулась на месте Адиана, скрывая его фигуру, шипя и скрежеща. Вой Поглотителя слился с воем искусственной бури, превратившись в один безумный рев.

— Держись! — прохрипел Ридеон ей прямо в ухо. Его дыхание было горячим, прерывистым, пахнущим кровью и железом. Он не отпускал, прижимая ее к своей израненной броне так, что ребра ныли, и рванул прочь от ревущего смерча, к узкой, едва заметной тропе, уходящей вниз, в черную пасть горного леса. Он бежал, почти волоча ее за собой, не чувствуя под ногами камней. Его сила была последним резервом, адреналином и чистой, нерастраченной яростью.

Три дня. Три бесконечных, изматывающих дня пути по каменным горбушкам, через ледяные ручьи, по узким тропам, где шаг в сторону означал падение в пропасть. Ридеон вел молча, сжав зубы в каменную маску боли и усталости. Его шаги, поначалу твердые, несмотря на раны, становились все неровнее. Он чаще останавливался, опираясь на обломок меча, превратившийся в посох, его дыхание клокотало в груди. Багровые прожилки на руке пульсировали зловеще, но иней Ридеона держал их в жестких оковах, не давая расползтись дальше.

Оджени шла следом, неся в онемевшей руке Книгу Предтеч, как вериги. Каждый шаг отдавался болью в ушибленных боках, ноги горели от усталости. Адреналин давно сменился глухим, всепоглощающим изнеможением. Лес сменился голыми скалами, потом снова угрюмым, хвойным лесом, и вот теперь они стояли на краю **Черного Перевала**.

Место оправдывало имя. Узкое, глубокое ущелье, заваленное гниющими стволами и побелевшими на ветру костями. Скалы по бокам были черными, как уголь, будто опаленные древним пожаром. Воздух висел тяжело, пропитанный запахом сырости, гнили и едкого дыма, струившегося откуда-то снизу. Туман, густой и серый, как похоронный саван, цеплялся за камни, скрывая дно.

Ридеон остановился, вглядываясь в мрак. Его лицо было напряженным.