Книга Псих. Ты мой диагноз, страница 48 – Лисавета Челищева

Я: «Спасибо за понимание»

Тимур: «Когда закончишь с делами — пиши, я подъеду. И без глупостей, ок? Никаких геройских попыток решить всё самой»

Я: «Хорошо)».

Я приняла душ и спустилась к маме на этаж ниже. Дверь в её квартиру была приоткрыта — она всегда оставляла её так, когда ждала меня. Мне это не нравилось, но сказать, что это крайне небезопасно я не решалась.

Мама сидела на кухне в своём любимом халате в горошек, с сигаретой в одной руке и чашкой кофе в другой. На столе стояла тарелка с бутербродами, маслёнка и банка с вареньем.

— Доброе утро, — я чмокнула её в щеку и села напротив, пододвигая к себе чашку. — Ты уже завтракаешь?

— А ты уже спишь на ходу, — она усмехнулась, затягиваясь. — Глаза опухшие. Опять не спала?

— Спала, — я отхлебнула кофе. Обожглась. — Просто... много чего было вчера.

— Рассказывай.

Я помолчала. Потом выдохнула и выпалила:

— Меня уволили.

Мама поперхнулась дымом, закашлялась, замахала рукой, разгоняя облако. Сигарета чуть не выпала из пальцев.

— Что? Как это — уволили? За что?

— Начальник... домогался, — я смотрела в чашку, чтобы не видеть её лица. — Уже давно. А вчера вызвал в кабинет, сказал, что я плохо работаю, клиенты уходят, и предложил... договориться. Я отказалась. Он сказал, что меня ни в один клуб Москвы не возьмут после его звонка. Я послала его и ушла.

Мама молчала. Я подняла взгляд. Она сидела, застыв, с круглыми глазами.

— Молодец. Все правильно сделала. А давно это? — голос у неё сел. — Давно он к тебе приставал?

— Месяца два, наверное.

— А ты молчала? — она стряхнула пепел прямо в чашку, не заметив. — Почему ты мне сразу не сказала об этом?

— А что бы ты сделала? Пошла бы к нему разбираться? Он бы тебя просто на порог не пустил. Или ещё хуже — начал бы гадить уже по-настоящему.

— Но ты могла уйти сама! Найти другую работу!

— Куда? — я горько усмехнулась. — Ты сама знаешь, сколько сейчас в Москве фитнес-клубов и сколько тренеров. Без опыта, без рекомендаций... Меня никуда не возьмут. А он, судя по его словам, позаботится, чтобы рекомендации были такие, что меня никуда не возьмут.

Мама отложила сигарету, потянулась через стол, взяла мои руки в свои.

— Я поговорю с Тамарой Петровной, у неё дочка в элитном ресторане работает администратором. И с Верой Ивановной, её зять...

— Мам, — я высвободила руки. — Не надо. Я сама разберусь. Я не вещь, чтобы меня по знакомым пристраивать.

— Я не говорю, что ты вещь! — вспыхнула она. — Я же хочу помочь.

— Я знаю. Но... дай мне хотя бы неделю. Я сама попробую найти что-то. Если не получится — тогда обращусь за помощью. Хорошо?

Мама смотрела на меня долгим взглядом, потом вздохнула и кивнула.

— Хорошо. Но если через неделю ничего не будет — мы идём к Тамаре Петровне. Договорились?

— Договорились.

Она снова взяла сигарету, затянулась, выпустила дым в приоткрытую форточку. На несколько минут повисла тишина, только кофемашина тихо гудела на кухне и где-то за стеной соседка включила телевизор на полную громкость.

— Ой, я тебе не рассказала! — мама вдруг оживилась, поворачиваясь ко мне. — Ты слышала, что у нас в подвале нашли двоих?

У меня похолодело внутри.

— Чего? Ты о чем вообще?

— Ну этих, алкашей, которые вечно орали по ночам и к девчонкам приставали. Помнишь, Ленка, соседка с первого, рассказывала, как они её дочку в подъезде подкарауливали?