Книга Личное дело полковника Багрова, страница 27 – Юлия Бузакина

Женщины помогают мне повесить в шкаф куртку, ставят у моих ног мягкие комнатные туфли, а я растерянно осматриваюсь по сторонам. В этом доме минимализм тесно переплетается с восточными мотивами.

«Интересно, это единственный дом Имана? Или есть другие дома?» — стучит в сердце тревожный вопрос.

Но пока на него нет ответа.

— Ева, я присоединюсь к тебе позже, пока познакомься с домом, — Иман возвращает мне сына, и тот наконец замолкает.

Женщины ведут нас с сыном за собой через слабо освещенный коридор. Пульс гулко стучит в висках. Все, чего мне хочется — это бежать обратно, но я понимаю, что в горах вряд ли найду дорогу домой. Да и дома, скорее всего, меня поджидают наемники от любимого отчима. Бежать, получается, некуда. Полковник Багров, Мурад — сейчас эти люди кажутся таким же миражом, как и привидевшийся Руслан.

Нас с малышом приводят в просторную комнату. По центру стоит большая кровать. Есть шкаф и стол, детская кроватка в углу, на полу пушистый ковер. В камине пылает огонь. На столе угощения — фрукты, горячие лепешки с сыром, чуду с мясом, каша для ребенка.

— Ничего себе, камин настоящий? — я оборачиваюсь к хозяйкам дома. Они обе кивают. Приветливо улыбаются.

— Я Самира, тетя Имана, — представляется старшая. — А это моя дочь Айна.

— Вам у нас понравится. Здесь из окна открываются очень красивые виды, — робко улыбается мне младшая.

— В шкафу вещи, все новое, куплено для вас и вашего ребенка, — старшая Самира подходит к шкафу и распахивает дверцы.

Я оторопело взираю на обновки. Судя по всему, к моему приезду успели подготовиться. Шкаф полон женских нарядов. Есть вещи из плотной шерсти, есть из атласа, с ярким восточным узором. Платки, туфли, добротные сапожки из кожи, длинная шуба и два пальто — одно с мехом, другое драповое. Все строго длиной в пол. Здесь, в поселке, главная черта замужней женщины — скромность и покорность.

В другом отсеке все для ребенка — вещи, игрушки.

— Здесь ванная комната, — распахивают передо мной следующую дверь.

Ванная комната такая большая, что по ней гуляет эхо. Стены выложены черной плиткой с золотым орнаментом, в середине стоит на красивых львиных ножках ванна, есть умывальник, средства для ванной, свежие полотенца, халат, даже тапочки.

— Располагайтесь и хорошего отдыха, — улыбаются мне хозяйки дома. — Если что-то понадобится, зовите.

— Спасибо, — я стараюсь улыбаться, но улыбка получается вымученной.

Спускаю на пол сына, расстегиваю его комбинезончик. Малыш с любопытством взирает по сторонам. Я же сажусь на край кровати и раскрываю свою сумку. Ищу мобильный телефон, но его нигде нет. Потеряла?

Русланчик тем временем забирается на высокую кровать и начинает по ней прыгать. Сначала неуверенно, а потом все активнее.

— Мама! Мама! — дергает меня за руку, а в глазках неподдельный восторг.

Я сдержанно улыбаюсь.

Вытряхиваю сумочку, но телефона нет. И документов нет.

Иман предварительно все у меня изъял? Телефон, документы? Даже паспорт, и тот теперь у него?

По спине ползет холодок. Без документов я никто.

В панике бросаюсь к плотно занавешенному окну, дергаю ручку — решетки. Далеко внизу шумит горная река. Понимаю, что за окном обрыв. Или ущелье. В любом случае через окно отсюда не выбраться.

Медленно подхожу обратно к кровати и опускаюсь на ее край.