Книга Веронская насмешница, страница 125 – Кристина Додд

— Ты говорила с кем-то о ее страхах? – спросил Кэл.

— Конечно, нет! – Голос служанки стал еще громче: таким образом эта пожилая женщина старалась донести до нас свою правду. – Когда она начала ныть, я выволокла ее из спальни нашей госпожи и отругала за трусость в то время, когда княгиня Урсула борется с холодной хваткой смерти. Паскета вся в слезах убежала, и больше я ее не видела.

Зато она видела, что Томмазо верен своему долгу по отношению ко мне и ждет, скрестив руки и шаря глазами вокруг, чтобы никакие враги, ни призраки, ни люди, не подкрались незамеченными.

— Что ж, – сказала она, – я, пожалуй, лучше вернусь, чтобы защищать княгиню от невозможно таинственных незнакомцев в плащах.

И удалилась, не обращая внимания на то, что ей удалось огорчить всех присутствующих.

— Негодяй, который напал на нонну Урсулу, подслушал, что Старая Мария говорила Паскете. Она наверняка слишком орала, вот он и узнал, что его засекли. – Я в беспомощном отчаянии вскинула руку. – Ты нашел Паскету? Под изгородью из розмарина?

Он дважды коротко кивнул в ответ.

— Призрак утверждает, что убийца был в ярости.

— Поди разбери, что это было, ярость или жестокость. Мы послали туда женщину позаботиться о теле Паскеты. Она скоро прибудет и поможет сопроводить несчастную в вечный покой.

— Череп Йорика не пострадал?

— Череп? Похоже, его долбанули тем же орудием, которое прикончило Паскету и чуть не унесло жизнь нонны Урсулы. На нем остались кровавые отметины, но пробить кость не удалось. Йорик победил.

Я засмеялась этому маленькому триумфу, потом заметила, как мрачен Кэл, и посерьезнела.

— Полагаешь, убийца Паскеты совершил уже два промаха, когда не смог убить нонну Урсулу и превратить череп Йорика в символические осколки? И боишься, что от разочарования и ярости он рассвирепеет еще сильнее?

— В этих нападениях мне видится исступленное чувство вины и отчаяние человека, который не отступит ни перед чем, кроме окончательности смерти. Он свободно бродит по дворцу, Розалина, и я боюсь за всех нас.

Да, Кэл прав, поэтому смеяться – запредельная глупость с моей стороны.

— А где череп?

— Олоферн забрал почистить его от грязи и крови, перед тем как вернуть эту костяную морду нонне Урсуле. Бабушке незачем знать о приключениях, которые выпали на долю Йорика после ритуала. – Он обратился к Томмазо: – Останься с вдовствующей княгиней. Со мной госпожа Розалина в безопасности.

Томмазо посмотрел на меня; он еще не оклемался после нашей недавней встречи с Ваалом. Кэл понял его сомнения.

— Для госпожи Розалины это приемлемо?

— Томмазо, для меня будет огромным облегчением, если ты побудешь с нонной Урсулой. Ты, вероятно, слышал – конечно, слышал, он же не глухой! – мы опасаемся, что покусившийся на нее негодяй скрывается где-то в замке, и хотим положиться на тебя, ведь в ту ночь тут и духу твоего не было. Княгиня теперь в сознании, и нужно быть вдвойне бдительными. А я клянусь тебе, что буду осторожна и рассудительна.

— Как прикажете, моя госпожа. – Томмазо поклонился и занял сторожевой пост перед покоями нонны Урсулы, так сверля взором проходящих мимо слуг, что некоторые просто шарахались.

Кэл предложил мне руку и, когда я приняла ее, повел меня к большой комнате с высокими двойными дверями.

— Он не в восторге от нового поручения. – Это замечание относилось к Томмазо.