Книга Веронская насмешница, страница 100 – Кристина Додд

— Она совсем не дурочка. – протянула сварливым и недоверчивым тоном Старая Мария. Потом спросила: – Вот как вы думаете, почему она ушла поссет готовить?

— Потому что ее попросила княгиня Урсула?

— Она оставила княгиню одну, чтобы на нее напали.

— Княгиня осталась не одна, а с тобой.

Старая Мария похлопала себя по уху.

— Я не проснулась, потому что ничего не слышала. Ладно вам, барышня. Вы понимаете, что я хочу сказать. Небось и сами уже об этом подумали. Слишком хорошо все по времени сходится. Чтобы перепилить решетку снаружи, нужен мужчина, но чтобы открыть для него окно изнутри, достаточно женщины, коварной, как змей в Эдеме.

Да, я об этом подумала. Несмотря на все уверения Паскеты, я понимала, что такая возможность существует. Но Паскета казалась искренне напуганной сперва появлением призрака, а потом – неизвестного мужчины.

— Все-таки ее исчезновение тоже меня беспокоит. На нашу дорогую княгиню Урсулу напали. Что, если кто-то методично избавляется от ее защитников?

Старая Мария покосилась на меня (ей явно не хотелось отказываться от своей взлелеянной теории), но поняла: если я права, сама она тоже под угрозой. Пока она размышляла, ее глаза шарили по углам комнаты. Внезапно Старая Мария схватила воткнутую в подушечку для игл одну, серебряную, и нацелила ее, будто кинжал, по очереди на Томмазо, на охранника Кэла, на меня:

— Я буду защищать вдовствующую княгиню до последнего вздоха.

Я отстранилась:

— Спасибо. Рада знать, что могу на тебя положиться.

— Рози! – В дверях стояла нянюшка в темном плаще и с кинжалом в руке.

Я вскочила, радуясь ее появлению и в то же время понимая, что зачем-то нужна ей.

— Что-то с мамой?

— Роды начались раньше срока. – Нянюшка прислонилась к дверному косяку, чтобы перевести дух. – Повитуху не найти. Брат Лоренцо занят с ранеными.

Я сунула ей кубок разведенного водой вина и, пока она пила, спросила:

— И?.. – Ведь нянюшка вполне могла сама принять роды. У нее огромный опыт, куда больше, чем у меня.

— Госпожа Джульетта боится не пойми чего и послала за тобой. Умоляет тебя прийти. Ты должна немедленно к ней отправиться!

Княжна Изабелла заклинала меня остаться, а потом даже царственным голосом повелела мне это сделать, да только напрасно. Я поцеловала девочку в лоб, заглянула в ее умоляющие глаза и сказала:

— Я нужна маме.

Потом я послала Томмазо за Дионом. Княжна Изабелла настаивала, чтобы я взяла носилки, но Кэл оставил во дворце слишком мало своих людей.

— Не хочу, чтобы вы остались без охраны, – объяснила я ей.

— А как же нонна Урсула? – Она показала на бедную худую раненую старуху в постели. – Ее можно оставить без охраны?

Вошел Дион, бледный, но сильный и полный нетерпения, как человек, который недоволен тем, что его заставили покинуть поле боя.

— Вы звали меня, синьорина?

— Мне нужно в Каса Монтекки.

— Нет. – Как его господин и его друзья, Дион считал, что последнее слово всегда будет за ним.

— Моя мать, синьора Джульетта, рожает, и ей некому помочь.

Он открыл рот, чтобы вновь возразить, но не стал, потому что был знаком с моей матерью и, как все мужчины мира, преклонялся перед ней. В выражении его лица что-то изменилось.

— Я буду сопровождать вас.

— Со мной пойдет Томмазо. А вы должны остаться и охранять княгиню Урсулу.