Книга Шеф с системой. Экспансия, страница 46 – Тимофей Афаэль

— Вторая порция угля готова, — Ломов снова протянул ступку.

Я высыпал угольную пыль в миску с молоком и белками. Размешал. Получилась серая густая жижа — на вид отвратительная, но сейчас это не важно.

Связующая смесь готова. Эффективность: 81%.

Основной отвар: процесс экстракции — 67%.

Почти. Ещё немного.

Я склонился над котелком, контролируя процесс. Температура, цвет, консистенция — всё имело значение. Одна ошибка, и база свернётся или расслоится.

Отвар густел. Цвет менялся — бурый переходил в красновато-коричневый. Пузыри на поверхности стали мельче, гуще.

Экстракция: 89%.

Внимание: критическая фаза. Необходим точный контроль температуры.

Я чуть отодвинул котелок от огня. Слишком сильный жар — и всё испортится.

Температура: 94 градуса. Оптимум.

Отвар продолжал меняться. Красновато-коричневый становился темнее. Я смотрел, не отрываясь, считая секунды.

Красный — значит, получилось. Чёрный — всё зря.

Экстракция: 95%.

Время до остановки сердца: 31 минута.

Цвет потемнел ещё. Бурый. Тёмно-бурый. Почти…

И тут отвар зашипел зло и резко. Совершенно не похоже не кипящую воду.

По поверхности пошла рябь, хотя я не мешал. Пузыри стали крупнее, лопались с влажным чавканьем. Из котелка поднялся желтоватый пар, с резким запахом, от которого защипало в носу.

Внимание: нестабильная реакция. Температурный баланс нарушен.

Вероятность коагуляции: 34%.

Чёрт.

Я схватил котелок голой рукой, отдёрнул от огня. Ладонь обожгло, но я держал. Нельзя трясти, нельзя резко двигать — структура порвётся.

Отвар продолжал шипеть. На поверхности появилась тонкая, маслянистая плёнка. Это плохо. Очень плохо. Если плёнка загустеет — всё, можно выливать.

— Саша? — голос Ломова донёсся как сквозь вату. — Что происходит?

Я не ответил. Смотрел на плёнку, считал секунды. Она дрожала, подёргивалась, но не густела. Пока не густела.

Вероятность коагуляции: 31%.

Стабилизация возможна при снижении температуры на 8 градусов.

Я поставил котелок на каменный пол. Холод должен помочь. Должен…

Плёнка дрогнула и начала расходиться. Медленно, неохотно, но расходиться. Цвет под ней…

Бурый. Всё ещё бурый. Не красный, не чёрный — где-то между.

Время до остановки сердца: 29 минут.

За спиной раздался хрип.

Я обернулся. Марго выгнулась на столе дугой, запрокинув голову. Горло у неё дёргалось, из груди рвался страшный, булькающий звук.

— Она не дышит! — заорал лекарь. — Господи, она не дышит!

Ломов бросился к столу, схватил её за плечи.

— Саша!

Я посмотрел на котелок. Отвар ещё не готов. Цвет не тот. Если влить сейчас — может не сработать и убить быстрее, чем яд.

Посмотрел на Марго. Она хрипела, билась, пена на губах стала розовой. Кровь. Яд добрался до лёгких.

Время до остановки сердца: 28 минут.

Время до остановки дыхания: 2–3 минуты.

Если буду ждать идеального цвета — она задохнётся раньше, чем остановится сердце.

Если волью сейчас — шанс пятьдесят на пятьдесят.

Красный или чёрный? Ждать или лить?

Вероятность успеха при текущем состоянии отвара: пересчёт…

Система молчала. Даже она не знала ответа.

Марго захрипела громче и вдруг обмякла. Тело упало на стол как тряпичная кукла.

Тишина.

— Нет, — выдохнул лекарь. — Нет, нет, нет…

Я схватил котелок и шагнул к столу.