Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 72 – Тимофей Афаэль

Кирилл усмехнулся, и на этот раз в усмешке читалось настоящее уважение:

— Ты распознал с первого куска. Значит, можешь оценить и такое.

— Я повар, — ответил я просто. — Лучший повар в этом городе.

Мы стояли друг напротив друга — два повара, два мастера, разделённые тремя шагами и пропастью разных миров, но объединённые одним — пониманием кухни.

Толпа на площади молчала, не дышала. Все смотрели, боясь пропустить хоть слово.

Я сделал шаг ближе и поднял голос, чтобы слышала вся площадь:

— Ты сильный повар, Кирилл Семёнович. Один из лучших, кого я встречал в своей жизни.

Он кивнул медленно, принимая комплимент без ложной скромности:

— И ты тоже, Александр. Не промах. Настоящий мастер.

Я усмехнулся и выложил то, зачем пришёл:

— Тогда давай решим наш спор как два повара.

Кирилл нахмурился, глаза прищурились:

— Что ты предлагаешь?

Я выпрямился во весь рост, вдохнул полной грудью и посмотрел ему прямо в глаза:

— Я предлагаю битву. Завтра — последний день ярмарки. Давай заключим спор. Кто завтра заработает больше денег — тот и победил.

Кирилл смотрел на меня, не моргая, лицо застыло в неподвижности статуи.

Потом медленно, очень медленно его губы растянулись в улыбке — опасной, полной азарта:

— Спор, — повторил он тихо, смакуя слово. — Ты хочешь заключить со мной спор? Ты, уличный торговец с жаровней на колёсах, против меня, управляющего флагманом Гильдии?

— Да, — ответил я твёрдо, не дрогнув.

Он рассмеялся — коротко, резко, почти с восторгом:

— Какая дерзость… невероятная дерзость… — Голос стал жёстче, острее. — Хорошо, повар. Я принимаю твой вызов, но если выигрываю я…

Он шагнул ко мне вплотную, так близко, что я чувствовал запах вина из его дыхания.

— … ты закроешь свою лавку навсегда и пойдёшь работать на меня. Шеф-поваром «Золотого Гуся». С хорошим жалованьем, с уважением, с почётом — но под моим началом. Идёт?

Толпа ахнула разом, загудела.

Я не дрогнул, не отступил, смотрел на него спокойно и с улыбкой:

— Идёт. Но если выигрываю я…

Я выдержал паузу, дал словам повиснуть в воздухе.

— … ты, Кирилл Семёнович, и твой трактир «Золотой Гусь» признаёте моё право торговать здесь, на этой площади и в любом другом месте города. И никогда больше не будете чинить мне препятствий — ни прямо, ни косвенно, ни через Гильдию, ни через кого бы то ни было. Навсегда.

Кирилл усмехнулся, в глазах вспыхнул огонь азарта:

— Сделка.

Он протянул руку. Я протянул свою. Мы пожали друг другу руки крепко на виду у всей площади, на виду у сотен свидетелей.

Толпа взорвалась.

Крики, свист, аплодисменты, топот ног, гул голосов слились в один оглушительный рёв:

— ПАРИ! ОНИ ЗАКЛЮЧИЛИ ПАРИ!

— ЗАВТРА БИТВА! ПОВАР ПРОТИВ ПОВАРА!

— Я ставлю на повара! А ты⁈

— И я на повара! Так, стоп, а ты на какого повара?

Кирилл не отпускал мою руку, смотрел мне в глаза жёстко, но с уважением:

— Готовься, повар. Завтра я покажу тебе, что такое настоящая готовка. Ресурсы, опыт, мастерство — всё, что мы копили годами.

Я усмехнулся, сжал его руку сильнее:

— Жду с нетерпением, Кирилл Семёнович.

Я отпустил его руку, развернулся на каблуках и пошёл обратно в к своей точке, не оглядываясь. Толпа расступалась, обсуждала, кричала, но я не обращал внимания — шёл прямо, смотрел вперёд.

Дошёл до нашей точки. Команда стояла как вкопанная — Варя, Матвей, Тимка, Стёпка, Антон замерли с лицами белее мела, глаза широко распахнуты.