Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 69 – Тимофей Афаэль

Иван раскатал тесто в тонкий пласт — почти прозрачный, как бумага. Нарезал круглыми заготовками. Выкладывал на каждую ложку начинки — рубленое рагу с луком, щепотку соли, каплю соуса. Складывал пополам, защипывал края, формируя полумесяц.

Двадцать штук. Аккуратные, одинаковые, красивые.

Он опустил первую партию в кипящее масло. Масло взорвалось шипением. Полумесяцы побелели мгновенно, начали золотиться, пузыриться, хрустеть. Запах поднялся невероятный. Через три минуты Иван вынул их шумовкой. Положил на чистую тряпку, чтобы стёк лишний жир.

Он взял один, поднёс Кириллу:

— Готово, Кирилл Семёнович.

Кирилл встал, подошёл, взял полумесяц. Откусил.

Хруст теста. Сочность начинки. Глубина вкуса рагу. Всё смешалось, взорвалось во рту богатством оттенков. Он медленно прожевал. Проглотил.

Кивнул:

— Хорошо. Очень хорошо.

Иван выдохнул с облегчением.

Кирилл положил остаток полумесяца на стол, вытер пальцы тряпкой:

— Готовьте следующую партию и зови глашатая.

Иван кивнул, побежал выполнять.

Кирилл вернулся к окну, посмотрел на площадь.

Сейчас начнётся.

Я жарил мясо, когда услышал барабан. Глухой, ритмичный бой — бум-бум-бум — прорезал гул площади. Громкий и настойчивый, он привлекал внимание.

Я замер, сковорода застыла над огнём. Обернулся.

С противоположной стороны площади, от павильона «Золотой Гусь», выходил человек в ярко-красном камзоле. В руках — большой барабан, палочка стучала по нему мерно, громко.

Бум-бум-бум.

Толпа на площади начала оборачиваться. Разговоры стихли. Музыканты на помосте замолчали. Все смотрели на глашатая. Он остановился посреди площади — ровно между нашей точкой и павильоном. Ударил в барабан три раза — громче, резче.

БУМ! БУМ! БУМ!

Площадь замерла. Глашатай поднял руку вверх, развернул свиток. Его голос прогремел, слышный на всю площадь:

— Внимание, добрые люди! Павильон «Золотой Гусь» объявляет новинку!

Я медленно опустил сковороду на решётку. Не сводил глаз с глашатая.

Он продолжал, голос звенел:

— «Золотые Полумесяцы»! Горячие! Хрустящие! Начинка из отборной телятины с травами! Завёрнуто в тесто и обжарено до золотой корочки!

Толпа зашумела — удивлённо и заинтересованно.

— Шесть часов?

— Телятина⁈

— Это ж дорого наверное…

Глашатай поднял руку выше, голос стал громче:

— Всего семь медяков! Семь медяков за шедевр кухни «Золотого Гуся»!

Он развернулся, указал на павильон «Золотой Гусь»:

— Первая партия готова! Спешите попробовать!

Ударил в барабан ещё раз — долгий, торжественный удар.

БУУУУУУМ.

И площадь дрогнула.

Я видел, как люди в нашей очереди замерли. Повернули головы в сторону павильона Гильдии. Переглянулись между собой.

— Семь медяков…

— Это всего на один больше, чем Пламенное Сердце…

— Шесть часов томили? Это ж серьёзно…

— Может попробовать?

Один мужчина — стоял примерно в середине очереди — медленно вышел из строя. Посмотрел на нас, потом на павильон Гильдии. Пожал плечами и пошёл к «Золотому Гусю». За ним женщина с корзиной. Потом третий. Четвёртый.

Я стоял у печи, смотрел, как наша очередь тает. Пять человек ушли. Семь. Десять.

Варя за моей спиной ахнула тихо:

— Александр… они уходят…

Матвей сжал кулаки, лицо побледнело:

— Что делать? Они нас обходят!

Тимка замер с ножом в руке, глядя на уходящих людей с ужасом. Очередь редела на глазах, но ничего удивительного. Люди не хотят стоять в очереди, тем более что появилась не такая дорогая новинка, которую можно попробовать без очереди.