Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 62 – Тимофей Афаэль

Столы заполнялись. Пять столов — тридцать мест — все заняты.

Люди сидели, ели, кряхтели от удовольствия, хлюпали:

— Ох, как вкусно…

— Бульон такой наваристый…

— И эта, как ее, лапша интересная такая!

Система продолжала выдавать сообщения:

Вы успешно применили блюдо Мясной суп с лапшой к новой цели

Получено +35 ед. опыта.

Вы успешно применили блюдо Мясной суп с лапшой к новой цели

Получено +35 ед. опыта.

Я не обращал внимания. Работал дальше. Жарил, резал, наливал. До уровня было еще далеко. Если повезет, то получу его сегодня к вечеру.

Очередь не уменьшалась. Подходили новые люди, покупали и суп, и лепешки. Кто-то брал Огненный Язык на перекус, потом возвращался за супом. Кто-то сразу заказывал Пламенное Сердце и суп.

Монеты сыпались на стол — медяки, серебряные. Стёпка и один из парней Угрюмого складывали их в ящик под столом.

Варя раскатывала лепешки без остановки. Матвей с Тимкой резали овощи и мясо. Антон собирал супы — уже быстрее, увереннее.

Волк с Гришкой и Лёхой мыли посуду — грязные миски падали в корыто, чистые возвращались. Конвейер работал.

Я поднял взгляд на павильон «Золотой Гусь». Пусто. Почти пусто. Народ у них все же был, но не так чтобы много.

Прошел час. Мы продали тридцать порций супа. Плюс Огненные Языки и Пламенные Сердца — еще штук сорок.

И тут в поле моей видимости появились трое. Один впереди — худой мужчина лет пятидесяти, в добротном темно-коричневом кафтане. Лицо длинное, нос острый, цепкий, бегающий взгляд.

За ним — двое стражников в кожаных доспехах. Они шли прямо к нашей точке. Толпа расступалась перед ними. Остроносый остановился перед нашим столом. Оглядел печь, столы, миски, людей за столами. Лицо недовольное, брезгливое.

Потом посмотрел на меня:

— Ты главный здесь?

Я вытер руки о тряпку, выпрямился:

— Я.

Скворцов достал из сумки свиток, развернул:

— Именем городского управляющего, я, Семен Петрович Скворцов, предъявляю обвинение в незаконной торговле, самозахвате места на ярмарочной площади и нарушении порядка!

Голос громкий, писклявый. Толпа притихла. Все смотрели.

Скворцов продолжал:

— Ты занял это место без разрешения Торговой Гильдии! Поставил столы без согласования! Блокируешь проход! Это грубое нарушение городского устава о торговле!

Он свернул свиток, посмотрел на меня сверху вниз:

— Я требую немедленно прекратить торговлю и убрать все это! — он махнул рукой на столы. — Или я прикажу стражникам арестовать тебя прямо сейчас!

Стражники сделали шаг вперед.

Толпа замерла.

Я стоял, глядя на Скворцова спокойно.

Я стоял, глядя на Скворцова спокойно. Не отводил взгляда. Толпа вокруг замерла — десятки людей, только что стоявших в очереди, теперь молчали, смотрели на нас с напряжением.

Скворцов свернул свиток, спрятал в сумку. Посмотрел на меня сверху вниз — лицо надменное, уверенное. Он привык, что его слушаются.

— Ты слышал, что я сказал? — повторил он медленно, отчеканивая каждое слово. — Немедленно прекратить торговлю. Убрать столы. Погасить огонь. Или арест.

Я выдержал паузу. Потом ответил ему спокойно, без эмоций:

— По какому закону?

Скворцов моргнул, не ожидая вопроса:

— Что?

— По какому закону ты требуешь это? — повторил я громче, чтобы слышала толпа. — Ярмарка открыта для всех жителей города. Я не нарушаю порядок. Не мешаю проходу. Торгую законно.