Книга Зал костей, страница 193 – Тим Харди

— А если Пэтр отрубит этому чудовищу голову? – возразил Йохан, указывая на своего помощника. – Если мы воспользуемся рунным клинком, дураты умрут навсегда. Ты же сам это говорил.

— Самые сильные из дуратов могут покинуть тело хозяина, не дожидаясь его смерти. Подожги общинный дом и покончи с ними. Поставь охрану у всех выходов, и пусть эти твари сгорят; тогда никто из них не уцелеет.

— Только если я буду знать, что Сандар внутри. Я не уйду отсюда с тремя мертвецами, не получив ничего, кроме сомнений и пепла.

— Йохан, Сандар хочет, чтобы ты зашел внутрь и встретился с ним на его условиях. Он недооценил нас – не совершай той же ошибки.

Йохан покачал головой и махнул Эккилю и Пэтру.

— Стерегите эти двери, никого не впускайте и не выпускайте, ясно?

— Четырех стрел и одной оставшейся руны на клинке Пэтра может не хватить, – заметил Эккиль.

— Тогда кричи громче, и мы придем на помощь. Остальные, за мной!

В длинном зале было темно и освежающе прохладно, что позволило нам чуть передохнуть от обжигающего жара и удушливого дыма горящего города, когда мы закрыли за собой двери. Постепенно мои глаза привыкли к полумраку, и я увидел, что зал пуст. Его освещали только огонь в очаге, протянувшемся на всю длину зала, и неестественное, призрачно-голубое свечение посоха Йолдира. Тенгиль замыкал шествие; большая часть из примерно дюжины рун все еще светилась ярко-синим на обоих топорах, которые он нес. Стало светлее, когда сэр Патрик и Бандор начали зажигать факелы и раздавать товарищам. В мерцающем свете факелов мы увидели тяжелый плотный занавес из черного бархата, расшитый серебряной и золотой нитью; он отделял главный зал от жилых помещений, занимавших последнюю треть здания.

Послышался высокий девичий смех, от которого я вздрогнул, и закружил вокруг нас, доносясь со всех сторон. Я услышал, как сэр Патрик бормочет молитву, и тут факелы на миг погасли, словно их задул порыв ветра.

— Йолдир из Линдоса!.. Похоже, новое имя придало тебе смелости.

Голос звучал спокойно и размеренно, как будто сам Сандар стоит рядом со мной и шепчет эти слова мне на ухо.

— Большинство твоих собратьев мертвы, Сандар, и скоро ты к ним присоединишься, – крикнул Йолдир. – Ты уничтожил безвинных жителей этого города. Пришло время тебе ответить за эти преступления.

— О, избавь меня от нравоучений! В конце концов, это ты укрывал в своем доме изгнанника из клана Ворунд. Интересно, скольких друзей и родственников тех, кто пришел сюда с тобой, он убил в свое время?

Тенгиль виновато пожал плечами, не обращая внимания на удивленные лица спутников.

— Что сделано, то сделано. Я не понимаю, при чем здесь клан, когда мы сражаемся с такими существами, как ты?

— Верно, – согласился Скари. – Йохан, ты хотел знать, здесь ли этот ублюдок. Теперь ты знаешь, так давай сожжем это место дотла и поскорее унесем отсюда свои задницы.

Йохан пристально смотрел на занавес.

— Кто ты? Что ты? Я дружил с твоим отцом. Знал ли я тебя когда-нибудь вообще, или ты уже был темной тенью, когда Сандар сделался старейшиной общины с озера Талл?

Снова раздался смех, подхваченный эхом. Я почувствовал, что Джинна запустила руки в мои волосы, и взмахнул ножом, но попал в пустоту. Молитвы сэра Патрика становились все громче, его рука с факелом дрожала. Йохан зарычал и, схватившись за занавес, дернул его вниз, и тот упал на пол, словно пелена ночи.