Книга Ритм войны. Том 2, страница 231 – Брендон Сандерсон

О… Отец… Семь тысяч лет!

Как ты мог мне этого не сказать? – рявкнула Сияющая, стоя на коленях возле куба на полу. – Рестарес не только Верховный судья спренов чести, он еще и один из шквальных Вестников!

— В тот момент тебе не требовалась эта информация, – произнес голос Мрейза. – Стань Вуалью. Она поймет.

— Вуаль еще больше злится на тебя. – Сияющая встала. – Ты послал нас навстречу опасности без должной подготовки! Из-за того, что ты скрыл эту информацию, мы потратили впустую несколько недель, пока обыскивали крепость как идиотки.

— Мы не хотели, чтобы вы спрашивали о Вестнике, – сказал Мрейз удручающе спокойным голосом. – Это могло бы его насторожить. Насколько нам известно, он не догадался, что мы знаем его истинную личность. Гавилар мог знать, но никто из Сыновей Чести и не подозревал, что они служат одному из тех самых существ, которых в своем наивном невежестве хотели вернуть Рошару. В этом ощущается некая ирония судьбы.

— Ммм… – сказал Узор из-за двери, где он наблюдал за Адолином.

— Что? – спросила его Сияющая. – Теперь ты тоже любишь иронию?

— Ирония хороша на вкус. Как колбаса.

— А ты когда-нибудь пробовал колбасу?

— Не думаю, что способен ощутить вкус, – сказал Узор. – Но ирония похожа на то, какой я представляю себе колбасу, когда воображаю вкусы.

Сияющая потерла лоб, оглядываясь на куб. Так несправедливо. Она привыкла смотреть на своих солдат свысока, но нельзя же так смотреть на человека, который разговаривает с тобой из ящика.

— Ты сказал, что мы будем знать, что делать, когда найдем Рестареса, – проговорила Сияющая Мрейзу. – Что ж, мы здесь и понятия не имеем, как действовать дальше.

— Что ты сделала, как только узнала? – спросил Мрейз.

— Прокляла тебя.

— А потом?

— Связалась с тобой напрямую, чтобы еще раз проклясть.

— И это был правильный выбор. Видишь, ты точно знала, что делать.

Сияющая скрестила руки на груди, пылая от гнева. От разочарования. И… надо признать… от смущения. Сквозь нее просочилась Вуаль, и гнев вернулся.

— Пришло время, – сказала она, – заключить сделку, Мрейз.

— Сделку? Она уже заключена. Ты сделаешь, как я просил, и обретешь предложенную награду – в дополнение к практике и обучению, которые получаешь под моим руководством.

— Это интересно, – сказала Вуаль. – Потому что я смотрю на это иначе. Я проделала весь этот путь, пройдя через большие трудности. Благодаря жертве Адолина я получила доступ к одной из самых отдаленных крепостей на Рошаре. Я преуспела там, где, по твоим словам, другие агенты потерпели неудачу. Теперь, когда я здесь, вместо того чтобы получать «обучение» или «практику», как ты их называешь, я обнаруживаю, что ты скрываешь от меня жизненно важную информацию. С моей точки зрения, нет никакого стимула продолжать это соглашение, так как обещанная награда меня мало интересует. Даже Шаллан сомневается в ее ценности. Твой отказ предоставить мне важную информацию заставляет меня задуматься, что еще ты утаил. Теперь я задаюсь вопросом, не противоречит ли то, что я здесь делаю, моим интересам и интересам тех, кого я люблю. Так что позволь спросить прямо. Почему я на самом деле здесь? Почему ты так интересуешься Келеком? И почему – без выкрутасов – я должна продолжать идти по этому пути?

Мрейз ответил не сразу.