Онлайн книга «Слова сияния»
|
Адолин перепрыгнул через дергавшегося на земле паршенди с иссохшими ногами и рванулся к куколке. Джакамав, бряцая доспехом, последовал за ним. Добраться до светсердца было сложно – у куколок панцирь крепкий, как камень, – но с осколочным клинком это не представляло проблем. Нужно просто убить существо, а потом вырезать дыру, чтобы вырвать сердце и… Куколку уже вскрыли. — Нет! – закричал Адолин, подбежав к ней, схватившись за края дыры и заглядывая внутрь, где все было покрыто фиолетовой слизью. В липкой массе плавали кусочки панциря, и там, где обычно находилось светсердце, опутанное венами и сухожилиями, зияла дыра. Адолин завертелся, обыскивая взглядом верхнюю часть плато. Подбежал Джакамав, бряцая доспехом, и выругался. — Как они сумели вытащить его так быстро? Внезапно солдаты-паршенди расступились, вопя на своем непостижимом ритмичном языке. Позади них стояла высокая фигура в серебристом осколочном доспехе и развевающемся за спиной алом плаще. В местах сочленений доспеха были острые выступы, края пластин приподнимались, точно борозды на панцире краба. В воине было по меньшей мере семь футов роста, и броня делала его еще массивнее на вид – возможно, потому, что под ней у паршенди был собственный панцирь, растущий из тела. — Это он! – воскликнул Адолин и побежал вперед. С этим воином его отец сражался на Башне. Это был единственный осколочник, которого они видели в армии паршенди за много недель или даже месяцев. Возможно, других и не осталось. Осколочник повернулся к Адолину, держа в руке большой неграненый самосвет, с которого капали ихор и плазма. — Сразись со мной! – завопил принц. Группа паршенди бросилась мимо осколочника, бегом направляясь к обрыву в дальней части плато, где холм был разделен посередине. Осколочник передал светсердце одному из бегущих и, обернувшись, проследил за тем, как те прыгали. Они взмыли над разломом и приземлились на другой половине холма, на прилегающем плато. Адолин по-прежнему изумлялся тому, что солдаты-паршенди могут так прыгать. Княжич почувствовал себя дураком, осознав, что высота для них не представляет опасности, в отличие от людей. Для паршенди гора, разделенная пополам, просто еще одно ущелье, которое можно перескочить. Все новые и новые отряды прыгали через разлом, уходя от подступавших снизу людей, перебираясь в безопасное место. Адолин заметил, как один прыгун потерял равновесие. Бедолага рухнул в пропасть, успев лишь вскрикнуть. И все рано это не так опасно, как попытаться отбить натиск людей. Осколочник остался. Адолин, забыв про убегающих врагов и про Джакамава, который кричал ему отступать, атаковал паршенди, вложив всю силу в замах осколочным клинком. Паршенди поднял собственный меч и парировал удар Адолина. — Ты сын, Адолин Холин, – произнес осколочник. – Твой отец? Где он быть? Адолин застыл. Эти слова были сказаны на языке алети – с жутким акцентом, но вполне разборчиво. Осколочник поднял забрало. К вящему изумлению Адолина, оказалось, что у его противника нет бороды. Выходит, это женщина? Он с трудом понимал, как у паршенди один пол отличается от другого. Тембр голоса был грубым и низким, но Адолин решил, что его можно признать женским. — Мне нужно обсудить с Далинаром, – сказала воительница, шагнув вперед. – Я встретить его один раз, очень давным-давно. |