Онлайн книга «Ветер и Правда. Том 1»
|
Монастырь пустовал. «Интересно…» – подумал Сзет, и ноги понесли его направо. Каладин с Сил не отставали. Сзет прошел по коридору с окнами-бойницами. Комнаты аколитов располагались дальше, обставленные деревом, с металлическими дверными ручками и каменными полами. Их намеренно сделали так, чтобы волей-неволей приучать аколитов шаманов прикасаться к металлу, поскольку некоторые попадали сюда, не побывав в солдатах. Сзет помнил, как слышал всхлипы многих из них в ночь после прибытия. Солдаты не плакали. Их слезы заканчивались намного раньше. Сзет отсчитал седьмую комнату и подошел к своей койке. Удивительно, как ему удается помнить все места, где доводилось спать мало-мальски продолжительное время. Нормально ли это? Стоило закрыть глаза, и он мог легко представить пол своего родного дома, где сидел рядом с родней. Казармы в монастыре Тальмута. Потом эту комнату. Койку, которая была чуть маловата даже для него. Он опустился на колени рядом с ней и провел пальцами по деревянному каркасу. Вытащил незакрепленный камень у стены, сунул руку в отверстие и вытащил комок колючей шерсти. Сшитой в форме овечки. О, внутренняя красота… Сквозь бойницы в коридоре и дверной проем на пол падали полосы света по обе стороны от Сзета, будто светящиеся шипы. Он был так силен, так уверен, что ни в чем не нуждается, – до этой минуты. Пока не задрожал, зажмурившись, и не прижал маленькую игрушку ко лбу. В слезах. * * * Каладин замер в дверях перед маленькой комнатой, чувствуя себя поразительно неуместно. Сзет пошел прямиком сюда. И теперь он… плакал? Убийца в Белом рыдал над игрушкой, стоя на коленях на полу рядом со сброшенным свертком мечей! После минутных размышлений все обрело смысл. — У тебя был младший брат, – проговорил Каладин. – Почему ты мне не рассказывал? — Нет, – ответил Сзет севшим голосом. – Я… не упоминал эту игрушку в своем рассказе… — Ты пришел сюда за ней, – сказал Каладин. – Кем был тот погибший ребенок, которого ты не сумел защитить? Сзет так и стоял на коленях, склонив голову. Сил похлопала Каладина по плечу: — Кэл, неужели ты не видишь? Это его игрушка. Он был тем ребенком. Ее слова встряхнули Каладина, полностью переменив точку зрения, как тогда, когда он впервые встал на стену ущелья. Игрушка Сзета?! — Шквал! – прошептал Каладин. Все это время он искал связь между ними, желая видеть в Сзете себя. Однако это было не вполне так. Сзет напоминал не столько Каладина, сколько… — Сзет, сколько тебе было лет, когда тебя забрали из дому? — Одиннадцать, – хрипло прошептал тот. – Мне было одиннадцать лет. Сзет не был Каладином. Сзет был Тьеном. Он не был юношей, отправившимся на войну с твердым намерением спасать и защищать. Он был ребенком, которого вырвали из его мирной жизни и против воли превратили в убийцу. Перепуганным мальчиком, тосковавшим по дому. Каладина сбили с толку умения Сзета: он двигался так же, как Каладин, будто инстинктивно понимал оружие. Вот только Сзет ненавидел копье, а Каладин любил. Следовало бы понять. Шквал побери! Что-то в Каладине надломилось. Он неуклюже вышел из комнаты и привалился спиной к каменной стене коридора. Сил с озабоченным видом последовала за ним. — Я все жду, что он станет приятнее, – прошептал он ей. – Или хотя бы благоразумнее. Мне трудно ему помогать, потому что он не такой, как те люди в Уритиру, которых я понимал, которые хотели моей помощи… |