Книга Поцелуй скуки, страница 82 – Харитон Мамбурин

Шлюхи, фокусники и рестораторы. Баристы, актёры и гладиаторы. Молодые, очень молодые, преступно молодые… обычная еда этого города. Слабая, неорганизованная и паникующая. Наверное, даже хорошо, что некромант удерживает моих собратьев? Тут даже у меня слюнки текут… выпить бы кого-нибудь, чтобы боль в груди утихла хотя бы на час… но нельзя.

Я же Конрад Арвистер, Блюститель. Хранитель порядка, позволяющего остроухим в десяти мирах наслаждаться вечно закрытыми базовыми потребностями.

Ох, уже в девяти. Подзабыл, что-то. Как неловко-то вышло.

Вампир с мечом, шагающий по улицам города — наверное, сейчас это было максимально безынтересное для всех зрелище. Мужчины и женщины со светящимися знаками на лицах, азартно разрушающие дарованной им мощью всё, что захочется, — они не видели во мне угрозы. Немногочисленные эльфы в боевых костюмах, попадающиеся тут и там, настороженно выглядывающие из переулков, не замечали меня из-за отсутствие каких-либо свечений на моем лице, кроме периодически вспыхивающего огонька сигареты и блеска улыбки. Суперпреступник, архипредатель, ультраублюдок Блюститель шёл ледоколом, лишь немного маневрируя среди куч хлама и обломков, уже усыпавших когда-то такой ровный асфальт.

— Помогите! — истошно орала привлекательная чистокровная человечка на третьем этаже горящего дома, — Спасите! Лестница в огне!

— Привяжите простынь и спуститесь на ней до второго этажа! — дружелюбно крикнул я в ответ, — Оттуда уже можно будет прыгать!

Совет ей сильно не понравился, мне вслед полетели жалобные проклятия и призывы вернуться. Увы, это не Омниполис и не та ситуация, когда спасаешь дам в беде. Во время войны жертвы — самое обычное дело. Кроме того, вам же известен закон утопающего? Попробуй недоспасти девицу, то есть, выручив из одной беды, оставить в неблагополучном месте — она вцепится в тебя как клещ.

…и утянет на дно.

Мы и так уже на нем, причем всеми мирами сразу.

— Да уж, хотел бы я сейчас с тобой поболтать, милая, — шагая, я ласково похлопал по карману, в котором у меня лежал гримуар, — Но совершенно нет времени. А так бы хотелось еще немного твоей наивности…

Звон стекла, короткий крик, передо мной на асфальт падает полуэльф. Крайне неудачно, шея сломана. Не особо его жалко, на этой самой шее что-то многовато различных цепочек и ожерелий, крайне безвкусно подобранных. А значит что? Это мародер.

— Попробуешь нагнуться над ним, я тебя спалю! — грозно верещит второй полуэльф, высунувшийся из окна и предостерегающий меня от желания завладеть золотом, — Это всё мо… ААА!!

Он выгибается крайне характерным движением. Именно так реагирует разумный, когда ему в печень прилетает пара десятков сантиметров холодной стали. Неумело прилетает, но с душой, с размахом. У крикуна шея тоже нечиста от ворованных драгоценностей, так что его экономно затаскивают внутрь вместо того, чтобы выкинуть. Хороший подход!

Водяной элементаль, выполняющий функции уборщика, нашёл очень уж неудобный объект мусора в виде почти разорванного на две части эльфа. Трудяга пыхтит, пока останки, уже полностью поглощенные его студенистым телом, окрашивают благородный цвет индиго пошлыми бурыми оттенками. Впрочем, недолго. Какой-то придурок из-под земли выпаливает в бедного магического робота разрядом энергии, стирающим конструкт из реальности, а потом уже приходится убегать мне. Маньяк со светящимися рунами на лбу, уже полностью слетел с катушек, на его лице идиотский оскал полного безумца. Я стираю его любимым методом революционеров — броском увесистого осколка подобранного кирпича… а затем обезглавливаю. Адепты Матери-Магии — крайне живучие ублюдки, давать им время, чтобы восстановиться, нельзя.