Онлайн книга «Двуногое всесилие»
|
— Компенсационный механизм… — говорить Нине трудно, у неё моментально пересыхает горло от такой догадки, — Компенсационный механизм определяет пострадавшего как… взрослую особь. Либо… либо он приводит его в состояние взрослой особи… Такой, какую он… какой он… — Bravo! Вы совершенно правы! Кто бы это не придумал, не изобрел и не создал — он не подозревал о существовании разумного вида, у которого половая зрелость особи наступает раньше, чем ментальная! И еще раз bravo! Это явление нас немного неверно изучило! Как вид! Нина просто осела на пол. В голове то и дело мелькали мутные озарения, неясные догадки, картина мира менялась с умопомрачительной скоростью. Валиаччи что-то говорил, его перебивали девушки, он снова что-то говорил. Что-то про разумные механизмы, про Витю, про некую общность, про то, что «чистые» с врожденными способностями — это сверхошибка, с которой феномен пытается установить контакт и провести анализ, что Центр принудил Симулянта к общению, используя его генетический материал как дешифратор, как что-то пошло не так… Даже внезапно раздавшийся пронзительный вой сирен не смог вывести её из этого транса. Она лишь недоуменно заморгала, услышав серьезный и очень встревоженный крик Валиаччи: — Внимание! Все, кто хотят жить — должны подойти ко мне в течение двух минут! Собирайте ваших, немедленно! Я вас жду здесь, около Симулянта! Время пошло!! Глава 8 Рокировка — Она громит Йужень! Фраза, произнесенная где-то и кем-то, «включила» меня здесь и сейчас. Я осознал себя лежащим на кровати. Просто лежащим. Ни капельницы, ни страховочных ремней, ничего, одна простыня. Даже дверь не закрыта, а находится в полуоткрытом состоянии, демонстрируя полутемный коридор, по которому ходят какие-то тени. В голове было пусто настолько, что кроме как открыть глаза и оценить окружающую обстановку — я больше ни на что не сподобился. «Она громит Йужень». Между этой фразой и «взрывом» в Дремучем я не ощущал времени, но знал, что оно прошло. Также знал, что «громить Йужень» нельзя ни в коем случае, но делать по этому поводу ничего не нужно. Всё уже сделано. — «Что она делает? Схватилась за голову, закричала и улетела? Я вас услышал! Оставайтесь на связи!» Голова отчаянно не хотела работать как надо. Я лежал, смотрел по сторонам, пытаясь заставить мысленный процесс идти как обычно, а не такими рваными кусками-блоками, как сейчас. Они ничего не давали… точнее, не давали ничего, от чего можно было оттолкнуться. К примеру, ответа на вопрос — кто я такой? Почему Йужень важен? Кто такая «она»? Знание, что некто громил Йужень, но я его остановил, став собой и открыв глаза, вызывало… раздражение. Нужно больше информации. Больше отправных точек. Мне нужно переместиться и собрать больше информации. А как… перемещаться? Текущая форма не годится, она слишком сложная, я не помню, как ей управлять. Но её можно сменить, подсказывает другой обломок памяти-мысли-понимания. Вот так. Меняюсь. Становится намного легче. Теперь, чтобы перемещаться, достаточно одного лишь желания. Тем не менее, знание, как превратиться назад, в то бессмысленно сложное структурированное существо-конструкцию, которое память определяет как «норму», у меня остаётся. Начинается моё неторопливое путешествие. Жадно рассматриваю и ощупываю всё, что попадается под чувства. Некоторые вещи вызывают появление блока знаний, он всегда раздражающе-нейтрального характера. Лампа излучает свет, он — приятен и полезен. Почему? Кому? Зачем? Это… р-ручка. Дверная ручка. За неё… неважно. Мне не нужно знать, что с ней делают и что это за вещь вообще. Мне нужно что-то другое. Отправная точка. |