Книга Гневная любовь, страница 80 – Харитон Мамбурин

— Они не извинились, — пробурчал я, с отвращением отбрасывая газету, — Ни за засаду! Ни за поведение на приёме! Ни за принцессу!

— Император не может себе подобного позволить, — с укором посмотрел на меня манулотавр, откладывая газету и вынимая здоровенную трубку, которой тут же задымил, — Его двор в хаосе, фракции распадаются и создаются каждый день, в городе волнения, а он сам, напоминаю вам, Герой, планирует сохранить империю в виде автономии. Ситуация зависла на волоске, а вы сейчас этот волосок дёргаете… своими причиндалами. Нельзя же так.

— А то, что они делают, разве можно?! — злобно шваркнула смятой газетой в угол Тами. Гномка была зла как шершень, так как служители Зла и Тьмы категорически протестовали против исков о моральной и материальной компенсации, которые рыжей хотелось бы впаять местным. Очень хотелось бы!

— Терпеть подобное — часть нашей… и вашей работы, — вздохнул Зауррморрхаввн, — Претензии у нас могут появиться, только если Владычица Сатарис решит, что они должны появиться.

И не возразишь, на самом-то деле. Остается сидеть на попе ровно, воспитывать Валеру и лелеять темные мысли, страдая в остальное время фигней. Зауррморрхаввн, Картавр и грайвены делали тоже самое — никому не было до нас дела. А может, и было, только вот окружающие все посольство гвардейцы никого не пропускали и не выпускали.

К воспитанию Валеры я привлек Мимику, Матильду и Лилит. Если Валера демонстрировал повышенные по сравнению с нормой признаки внимательности, я вызывал демона, отдавая пухлого пацана на растерзание логике, уговорам и урокам. Когда фокус воина зла ослабевал, в дело вступала жрица со своими душеспасительными россказнями. Они были бы куда эффективнее, будь засранцу на пару лет больше, потому как декольте — аргумент железный, но и так более-менее работало. Работа шла бодрее, чем я думал, так как сам пухляш был сильно впечатлен моей расправой над гвардейцами, за которой подсмотрел в окно. Особого авторитета я у него не добился, просто потому что не было кровищи, разбросанных кишок и съеденных на глазах у публики сердец, но вот относительная легкость, с которой Герой напинал вполне взрослым дядям, Валеру неприятно поразила и заставила чуть-чуть бояться.

У нас даже получилось какое-никакое общение, в следствие которого я узнал своего протеже чуть получше. Хотелось, правда, заплакать — Чемпион Тьмы оказался обычным бледным пухлым засранцем, привыкшим к тому, что скачущие вокруг него личности его боятся, превозносят, угощает вкусным и потакают любым капризам. Так что парень тупо жил в ожидании, что ему сами всё предложат и сами всё дадут. Говнюк мелкий! Тоже так хочу!

Зато у меня была многомудрая серьезная суккуба, для которой сам Валера был отнюдь не смешным капризным спиногрызом. Мы одели Лилит в белоснежную блузку, сочинили с помощью Матильды ей выдающуюся мини-юбку и туфли на каблуках, заказали тоненькие прямоугольные очки без диоптрий, а затем, выдав стек для большей правдоподобности, отправили учить малолетнего воина зла грамматике, арифметике и прочим хорошим вещам. По 12 часов в сутки с вознаграждением в виде еды и наказанием в виде всего остального!

Так прошла неделя. Целая неделя. Скучно!! Даже Виталик, сначала с удовольствием гревшийся под солнышком на подоконнике, теперь лежал вверх пузом на подушке, издавая тоскливые скрипящие звуки. Что уж говорить про Саяку, которая четвертый день не отлипает от магикона, разговаривая… с Веритасом. Кораблю там хорошо, болтается пришвартованный в пристани, к нему приходят журналисты, местные моряки, даже экскурсии водят, от чего у деревянного прохиндея завелась собственная наличка. Но отнюдь не завелась тоска по нам, так что можем гулять, сколько угодно. Или даже подарить его Сатарис.