Книга Гневная любовь, страница 79 – Харитон Мамбурин

— Мы стали свидетелями того, как Мач Крайм влияет на… происходящее, — меланхолично, но довольно громко поделился своим мнением Картавр. Скосив на меня выпуклый глаз, жаб дипломатично добавил, — Когда происходящее ему не нравится.

— Хочу заметить, что моей вины особо-то и нет, — слегка нервно возразил я, передергивая плечами, — Это всё тот хитрый рыжий жук с камерой, обманувший нас своим фальшивым побегом!

— Он бы ничего не смог заснять, согласись ты на предложение его императорского величества провести передачу дочери на территории посольства! — с приложенной к лицу рукой простонала Лилит Митрагард, распластавшаяся на диване. Суккубу мучили газеты, мигрень и мой вид. Точнее, существование. Или его последствия.

Вообще да, неловко получилось. Мягко выражаясь.

Газеты, которыми мы обложились, пестрели заголовками. От довольно безобидных «Герои — наёмники богов!», до откровенно панических «Они никогда не думали о нас!». Я что, Тефаль, что ли, о вас думать? Однако, мои собственные возмущенные мысли тут не играли большой роли. Напуганные репортеры и журналюги действительно выдали, возможно, в первый раз за всю свою печальную жизнь, чистую правду. Только вот речь в ней шла обо мне и моих словах лишь краешком. На донышке, можно сказать.

Нельзя бесследно утаивать нечто масштабное достаточно долго так, чтобы протечек не было. Можно замалчивать, можно опровергать, можно принижать одно и раздувать другое, но ручейки истины всегда сочились и будут сочиться. Так произошло и тут. Кратко упомянув мои фразы (не переврав!), мастера скандалов вывалили в своих статьях все известные им прегрешения Героев, ранее живших в этом прекрасном городе. А вот этого добра тут было просто море. От невинных оргий до полномасштабных гулянок с пожарами. От вполне безвредной покупки сети популярных кафешек до аукциона рабов. От… ай, что там говорить! Пришедшие к успеху пацаны, «боровшиеся со злом» в Шварцтадде, отрывались по самое небалуйся!

А потом еще этот рыжий и его «Высшая правда»… фотография, на которой закутанную в десяток защитных заклинаний принцессу Опполину Эгнос Диццендорн тянут от нас на веревке к любимому папе, а та кричит, упирается и протягивает ко мне ручки… Лучше бы было, если б ловкий невидимка соврал, написамши о том, что коварный злодей очаровал принцессу темной магией, от чего та тронулась кукушкой, но силы добра таки отняли деву и теперь лечат клизмой и шоком. Так нет, рыжий очень точно передал в своих статьях и мои реплики и ответы императора… и крики продолжающей отчаянно желать оплодотворения принцессы, признающейся на всю округу о том, что была влюблена заочно аж с событий в Великой Библиотеке…

В общем, если бы у новостей, столь обильно и неприятно поразивших этот несчастный город, был бы хоть какой-то определяющий вектор, то тут давно бы уже было восстание. А так просто все быстро делились на тех, у кого есть деньги переправиться на другой континент и тех, у кого таких средств нет, от чего нужно идти и с горя пить. Переговоры были поставлены на паузу (как будто до этого что-то было!), аристократы нервным большинством шуганулись с Шварцтадда (а то и с Хелиса), а меня с девочками буквально засыпали настойчивыми приглашениями в разные замки… расположенные очень далеко отсюда.