Онлайн книга «Гневная любовь»
|
Правда, нашелся тот, кто полностью и целиком обломал этот прекрасный момент общего (почти) единения. Этот кто-то самым беспардонным образом, пусть робко и очень неуверенно, задал вопрос, ответ на который сильно повлияет на наше ближайшее будущее. И не только на наше. Таинственный кто-то, пошлепав меня по плечу нашлепкой на кончике хвостика, тихо спросит: - А кто-нибудь из вас знает, как заставить филийского вжуха отречься от трона? Глава 22 Они были как на подбор. Мощные, неимоверно плечистые, в тяжелых полированных латах, закрытых ниже пояса наборными пластинчатыми юбками. Суровые, как будто высеченные из камня лица, бородатые и гладко выбритые, но с одинаковым выражением опытного бойца, готового к бою с опасным противником. Особо выделялись топоры, самые настоящие двухлезвийные секиры таких размеров, что это казалось даже слегка абсурдным. Все от 100-го до 115-го уровня. Сорок могучих здоровяков. В чистом поле. — Не думал, что ты выйдешь к нам навстречу, проклятый Герой…, - неторопливо прогудела самая главная образина в виде слегка уже седого здоровяка, стоящая перед этим мини-войском. Борода у него была настолько длинной и густой, что выгравированного на кирасе символа бога видно не было совершенно. «Загадор Цырм, старший паладин Кеаматта, 115 уровень» — Город и так настрадался, — ответил ему я, стараясь звучать посолиднее, — Последнее, в чем он нуждается, так это в битве с силами зла на его улицах. Или во дворце. Гном прищурился, окончательно пряча глаза под надбровными дугами, на каждой из которых пьяная белка могла бы отплясывать гопак. За его спинами мерно сопели 39 убийц высочайшей квалификации, а за моей был лишь экипаж «пиратов мутной лагуны» во всем своем несерьезном отношении ко всему. Ах да, и еще император, нервно посматривающий на всех из высокой травы. Стрелочка у нас организовалась в сотне метров от внешней городской стены Шварцтадда, с которой сейчас на все происходящее пырилось очень много неравнодушного народа. — Не пойму никак, — наконец вновь загудел старший паладин, — То, что ты заботишься о городе — брехня полная. Лицемерство! Но себя назвал верно, злом. Так кто ты, лицемер или приспешник демонов, а, «герой»? Или и то, и другое? — Дядь, ты с дуба рухнул? — открыто улыбнулся я, — Силы зла тут именно вы! Никогда не думал, что бороды у гномов имеют свойство распушиваться как от удара током, если оный бородоносец внезапно испытает великое смущение и возмущение. А тут прямо как по сигналу, раз — и куча подбородковых одуванчиков! Одуванищ, даже! — Ты…, - зарычал главгном, со скрипом сжимая свои лапищи на топорище своей огромной секиры, — Как ты смеешь… — Не спеши, дядька, — примирительно улыбнулся я, — Подраться мы успеем. Хочешь докажу свои слова? — Мы тридцать лет и два года защищаем границы Шварцтадда, ты, выплюнутый Бездной ублюдок!! — внезапно сорвался могучий черноволосый бородач, стоявший по правую руку у Загадора, — И ты смеешь нам в лицо говорить, что мы — зло?!! Весь паладинистый табун грозно загудел, хватая покрепче свои здоровенные секиры и начиная меня потихоньку обступать. Девчонки, стоящие в десятке метров за моей спиной, вслух занервничали, но были грозно зашиканы Митрагард. Вот на демоницу бравые паладины косились изрядно… |