Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 67 – Николай Дронт

— Снимай.

— Я боюсь!

— Чего боишься? Никто не увидит. Снимай!

— Тин, а вдруг кто-нибудь узнает?

— Инга! Последний раз говорю! Снимай давай! Или я пошлю свои и буду сама.

— Ладно. Только мы никому не расскажем, да? А то так стыдно…

— Бери карандаш и пиши.

— Что писать? Имя?

— Чем меньше напишешь, тем больше он додумает. И никаких соплей. А остальное сама решай.

— Ты такая решительная…

— А как ты хочешь привлечь его внимание? Нас тут таких, богатых простолюдинок… Чтобы выделиться и заманить на разговор, нужны нестандартные решения! Или выйдешь замуж за купчишку и начнёшь рожать каждый год по младенцу, пока сама не станешь как колода? Адрес точный?

— Да. Я с девчонкой из их гимназии разговаривала. Там только и обсуждают, как его с экзамена во дворец вызвали.

— Дорогая, ты знаешь, я в гильдию заезжал. Просто ради любопытства спросил про юношу… Тихого… Мне даже копию ауры показали. Не положено, конечно, но не отказали. Впечатляет. Восьмой круг заклинаний уже может пользовать.

— Да? Сколько ему? Шестнадцать? И это практически без обучения? Перспективный мальчик. Очень!

— Ты знаешь, там с меня денег не берут, а одалживаться я не люблю, для приличия заплатил вроде как за прогноз.

— Какой прогноз?

— Ну… Генеалогический, по родовому древу… С Терезочкой… Только из любопытства… Нам мезальянс не нужен.

— Действительно, он дочке не пара. И что?

— Рождение неодарённых детей практически совсем невозможно. Вероятность же появления волшебников – восемьдесят шесть из ста, причём уровня магистра – сорок девять из ста.

— Забавно. Хорошо, что он нам не интересен в таком плане. Может, мы на завтра его к чаю пригласим?

Спать не хочется совсем, наоборот, подъём сил и энергии. Закат в четверть одиннадцатого, завтрашний восход без четверти четыре, специально по календарю смотрел. Ночь совсем короткая. И так бездарно её терять? Ну уж нет! Надо проверить, какие возможности я получил, потренироваться в их использовании.

Переодеваюсь в вещи из дядиного сундука. Вроде нормально. Вооружаюсь. Наверное, в первую очередь стоит попробовать покидать метательные звёздочки – сюрикены. Перетекаю в состояние тени. Я бесплотен, эфемерен, неуловим. Узкая щель между порогом и дверью – достаточное расстояние для того, чтобы просочиться наружу. Пол, стена или потолок – всё едино, мне, двумерному, любые поверхности годятся для передвижения. Однако неудобно и непрактично передвигаться по улице в таком виде. Обзор маленький, зрение автоматом переключается в режим темновидения, и в довершение прочих неудобств кто-нибудь наступить на тебя может. Пусть не больно, казалось бы, какая разница, однако морально противно, когда по тебе ходят.

Возвращаюсь в нормальное состояние, накидываю невидимость – это тоже моя способность – и начинаю неспешную прогулку. Народу мало, меня никто не замечает. Хотя один дворовый собакевич унюхал запах, но не увидел его источника, потому сейчас испытывает полный душевный раздрай.

Нужно ещё кое-что попробовать. Прыжки по теням. Исчезаю из одной тени, появляюсь в другой. Расстояние до ста ярдов. Одно ограничение – должен видеть, куда перемещаюсь. Быстро и очень полезно.

Незаметно оказался в районе Предречья. Небогатый, хотя и не нищий район. Здесь живут простолюдины-чиновники в невысоких чинах, купцы, торгующие мелким оптом, и прочий приличный люд, чуть ниже среднего достатка.