Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 115 – Николай Дронт

М-да… Хорошее дело. Вроде и возвысился, но со службы вылететь могу. Ладно. С поместьем с голода не помру. Уеду к себе в сельский домик, огородик заведу… десятин на сто. Самогонку со своего заводика попивать буду. Проживу как-нибудь.

Но это будет после, а сейчас для меня самое наиглавнейшее дело – Розовый бал.

На уроке танцев это утверждение подтвердили со всей возможной доступностью. Там меня уже ждала мой сюзерен. Про вчерашнее она мне ничего не сказала. Зачем? И так всё ясно. Мы просто репетировали свой первый танец. Шаг за шагом, разучивая и оттачивая каждое движение, подчиняясь звукам музыки и командам учителя, мы готовили выступление для своего первого бала. Танцовщица гоняла Лауру не меньше, скорее больше, чем меня. Хотя более вежливо. Однако завершать урок пришлось в одиночку: мою партнёршу куда-то отозвали. Сразу же перешли на другие танцы.

Меня поставили в известность, что все танцы Розового бала я буду танцевать, причём с разными девицами. С кем именно? Сейчас решают. Тут не просто так, тут политика замешана. Поумнее меня люди расклады подбирают, чтобы для леди Лауры умаления её рыцарю не было.

Ровно в полдень я, одетый в летний мундир, явился к сюзерену. Она сидела в окружении нескольких женщин, одна из которых – её светлость. Вообще перед великой герцогиней у меня должок. Та первой согласилась на моё рыцарство. При возможности надо будет отплатить, а пока лишь склонился в низком поклоне.

— Стах! – радостно воскликнула моя леди. – У меня к тебе дело. Ты же мой вассал, ты же не сможешь отказать в моей просьбе? А я выполню любую твою. Договорились, да?

— Я не смогу отказать в любой просьбе моему сюзерену.

Что-то мне не нравится такой подход. И Силестрия глазки щурит. Точно гадость попросят сделать.

— Я знала! Ты благородный человек! Понимаешь, одна девица, причём фельдфебель тётушкиного полка, тоже должна дебютировать на Розовом балу. Ну ты понял?

— Надо пригласить её на танец?

Девочка даже шлёпнула ладошкой по столу в досаде.

— Стах! Вспомни, кто из твоих знакомых девиц в гвардии?

— Никого не было.

Мой сюзерен тяжело вздохнула:

— Значит, ты ничего не знаешь. Это Фрида Губерласк. Я слышала, что ты дал слово её матери не иметь с ней никаких дел. Но ты и обещал не отказать в моей первой просьбе.

Тут вмешалась её светлость:

— Вина за нарушение слова ляжет на твоего сюзерена, ведь это её воля.

Обложили. Женщины вообще могут делать с нами, мужиками, что хотят. Да и не откажешь таким людям. Ну и ладно, я против Фриды ничего не имею. А в глазах светского общества просто обязан повиноваться. Повторяю ранее озвученный тезис:

— Я не могу ни в чём отказать своему сюзерену.

Лаура горделиво вскинула голову и удовлетворённо улыбнулась:

— Я же говорила, что мой рыцарь сделает для меня что угодно!

Судя по взгляду Силестрии, мою командиршу развели «на слабо» как маленькую.

Дальше дело в свои руки взяла герцогиня. Она очень вежливо попросила… не приказала, именно попросила… убрать до бала оспины хотя бы с лица фельдфебеля. Жемчуг будет в достаточном количестве.

Тут я пояснил:

— Ваша светлость, для лечения стоит сделать мазь. Тогда можно использовать самый дешёвый, мелкий жемчуг, не ювелирного качества. Он же всё равно будет растворен в специальном составе.