Книга Сезонные страхи, страница 44 – Шеннон Макгвайр

— Кажется, мы не знакомы, а это забавно, поскольку я знаю всех друзей Мел и уж точно был бы в курсе, если б отец снова разрешил ей подрабатывать нянечкой. Ему эта идея никогда не нравилась. Мол, детишкам вредно, если нянечка вдруг упадет замертво, а мамы с папой рядом нет. А я…

— А ты Гарри Марч, – перебивает девчонка. – И тебе, знаешь ли, повезло. Не всякое Лето с самого начала оказывается так близко к своей Зиме. Некоторые вообще не ладят друг с другом. Прошлое Лето ненавидело свою Зиму. Меня-то на их коронации не было, но все говорят, что они невзлюбили друг друга с первого взгляда, и чем дальше, тем хуже. С вами все будет иначе, я уже вижу. У вас будет настоящий двор, и вы не наплюете на свои обязанности.

Гарри хмурится.

— Значит, ты знаешь, кто я такой, и при этом несешь какую-то чушь; я вообще-то не против чуши: с недостойным собеседником разумно говорить – только понапрасну время тратить и зазря оттачивать остроумие, хотя слегка обидно, что меня так быстро списали со счетов, но я хотел бы знать, кто ты такая, если уж мы торчим тут посреди темной улицы и болтаем. Было бы вежливо представиться, не находишь?

— Знаешь, когда мне сказали, что я ближе всех и мне придется все это объяснять, то не предупредили, что у тебя пунктик на хороших манерах, – с веселым удивлением заявляет девчонка. – Можешь звать меня Джек.

— Это твое имя или ты себе взяла такое прозвище? По мне, и так и так хорошо (к примеру, Гарри – тоже не совсем мое имя, в свидетельстве о рождении написано «Гаральд»), но я уж точно никогда не встречал девчонок по имени Джек.

Малявка все с тем же веселым удивлением поворачивается к Мелани.

— Он всегда такой болтливый?

Мелани ласково смотрит на Гарри, уголки ее губ слегка приподнимаются – он обожает эту ее полуулыбку, это значит, она по-настоящему, без шуток рада.

— Не всегда. Когда-то же он спит.

Гарри хочется возразить. Но он молчит, ведь у Мелани на руках неопровержимые доказательства, а сейчас важно не препираться с ней, а выяснить, что же за чертовщина творится с этой нелепой девчонкой в этом странном месте. Ему уже мерещатся взгляды из окон соседних домов. Гарри откашливается, и обе девочки молча поворачиваются и вопросительно смотрят на него.

— Если не поторопимся, на танцы опоздаем, – говорит он.

И тут у малявки на лице появляется встревоженное выражение.

— Вам нельзя на танцы, – говорит она.

— Мы не сразу туда, – поясняет Гарри. – Надо сначала заехать ко мне. Родители хотят нас поснимать.

— Если она готова меня выслушать, – Джек тыкает пальцем в Мелани, – значит, что-то поменялось. Что-то сильно поменялось, и она поняла.

— Дело в моем отце, – говорит Мелани. – Он позвонил и велел, чтобы Гарри отвез меня домой. Сказал, что пейджер сработал. Но у меня тоже с собой пейджер, и если бы кому-то из нас двоих и позвонили, то мне.

— Значит, он уже знает про Уильяма, – говорит Джек. – Черт. А я-то надеялась, раз Американский алхимический конгресс в разброде, новости дойдут не так быстро… Что ж, ничего не поделаешь, а раз ничего не поделаешь – то нечего и рассусоливать без особой нужды. Очень надеюсь, что тебе эти туфли нравятся, потому что других у тебя не будет.

— Что? – удивленно моргает Мелани.

— Ты не можешь вернуться домой и не можешь ехать на танцы. У вот этого парня должен быть собственный проводник, но я не чувствую поблизости свободных Джеков или Дженни, поэтому, видимо, придется еще чуток поотдуваться за двоих. Везет мне.