Книга Сезонные страхи, страница 244 – Шеннон Макгвайр

Из машины выходят Джек и Дженни. Бабушка спешит к Гарри, а Мелани озадаченно смотрит ей вслед. Она же не имеет в виду Авен? Авен не столько потеря, сколько временная и весьма нежелательная находка, и они очень надеются потерять ее насовсем, укрывшись в замке. Джек и Дженни становятся рядом с Мел, а бабушка обнимает Гарри, хлопочет вокруг него, сокрушается, какой он худой и усталый.

— …сказали, что ты уже едешь, мы тебя ждали несколько дней назад.

Гарри удивленно моргает.

— Родители тебе сказали, что я приеду?

— Разумеется. Гаральд, мы уже старенькие, нельзя нас так огорошивать. Кстати говоря, кто эти милые люди, которые приехали вместе с тобой?

— Джек, мэм.

— А я Дженс.

— Очень рада с вами познакомиться. Гаральд наверняка рассказал вам, чего ожидать от нашего скромного семейного гнезда, я Элайза Марч, добро пожаловать. Мой муж сейчас на работе. Так что я одна его ждала. Мы не знали точно, когда Гарри приедет, и нас не предупредили, что с ним будут гости… – многозначительная пауза сулит Гарри серьезный нагоняй с глазу на глаз, как это умеют только бабушки. – Идите, пожалуйста, за мной.

— Бабушка, ключи в замке зажигания, – говорит Гарри, доставая сумку из багажника.

— Антонио перегонит машину в гараж.

Джек и Дженни переглядываются, вероятно, до них только сейчас дошло, о каких деньгах здесь идет речь; они идут к замку вслед за Мелани, бабушка впереди, а замыкает шествие Гарри.

Прихожая очень большая – размером с целую квартиру, стены обшиты гладкими дубовыми панелями, но мрачность скрашивается огромным количеством семейных фотографий: кое-где маленький Гарри, на многих мальчишка, очень похожий на Гарри, но с волосами потемнее, от снимка к снимку он взрослеет, пока наконец не появляется сам Гарри. Новоприбывшие сбиваются в кучку, и Элайза указывает на лестницу:

— Гарри, дорогой, твоя комната готова. Попрошу Пенни подготовить еще три гостевых, пока будем ужинать. Это не проблема.

Джек явно озадачена тем, как легкомысленно хозяйка дома отнеслась к дополнительным гостям за ужином, она вопросительно смотрит на Мел. А Мел пожимает плечами, мол, делай, как скажут, а потом поворачивается к Элайзе.

— Извините, но что вы имели в виду, когда сказали «после всего происшедшего»? – вежливо спрашивает она.

Элайза, которая как раз суетится вокруг Гарри, поворачивается к Мел, широко раскрыв глаза и разом побледнев. Прижимает ладонь к губам.

— Девочка, дорогая, я думала… То есть, отец Гарри решил… Мы думали, что Гарри сбежал к нам из Портленда, ведь все мы знаем, что он сбегает к нам, когда сильно расстраивается и… Прости меня. Я думала, ты знаешь.

Гарри встает за спиной у Мелани и обнимает ее рукой за плечи.

— Думала, мы знаем что, бабушка?

Элайза с сокрушенным видом отвечает:

— Что ее отца убили. Кто-то вломился в дом, и полиция… – она все говорит, говорит, но Мелани ничего не слышит. Только навязчивый гул, как бывает в телевизоре, когда отключили антенну.

Отец умер.

Ее отец, Роланд Косгроув, который ее вырастил, который, как она всегда верила, ее любил, который создал ее в лаборатории, алхимик, предназначивший ее для неизбежного и неминуемого будущего, – этот человек мертв. Теперь понятно, почему он не преследовал ее, хотя они этого так боялись. Никто из встреченных ею во время этого сумасшедшего приключения ни словом не упоминал, что можно воскресить кого-то из мертвых. Что еще хуже, Мелани не знает, захотела бы она это сделать, если б знала как. Значит, отец мертв окончательно и бесповоротно.