Книга Книжный магазинчик на острове, страница 19 – Джули Питерс

Дорога к пляжу в этот час оказалась на удивление оживленной, и Фрике в который раз задумалась: что такого в этом острове, почему столько отдыхающих приезжают сюда еще до начала сезона? Она шла по плавно поднимавшейся тропе к гребню дюны и обогнала небольшое семейство – отец, мать, двое малышей в тележке. Фрике улыбнулась: эти четверо являли собой такую идиллическую картинку, что хотелось разреветься. Улыбка была ее защитной реакцией – в носу опять защекотало. Надо с этим завязывать. Семейный курорт или нет – не ради семьи она сюда приехала.

И как будто мало ей было, в этот самый момент – когда она почти добралась до гребня дюны, – зазвонил телефон. Она выудила его из кармана и взглянула на экран.

— Черт, мама, – обреченно пробормотала она.

Материнское чутье Уте Вальгрен работало безотказно – оно неизменно подсказывало ей самый неподходящий момент для звонка.

— Доченька, ты где пропадаешь? – так она поприветствовала свою единственную дочь.

— Я… а что? – Фрике обернулась. Семейство уже обогнало ее и скрылось за дюнами. Там, куда и ее тянуло. Там, где шептало море.

— У тебя так шумно.

— А, это. Ветер, мама. Просто ветер.

— Какой еще ветер?

Фрике закатила глаза. Можно подумать, мать – не гамбуржка, которая прекрасно знает, что такое ветер.

— Я не в Гамбурге.

— Я в курсе. У нас тут на диване сидит совершенно убитый Харальд. Говорит, ты на Шпикероге. И больше мне знать не нужно. Поэтому говорю тебе прямо, что бы там Харальд себе ни думал: брось это, Фрике.

— Мама? – На секунду ей показалось, что связь оборвалась, но тут снова раздался голос матери – настойчивый, многословный, совсем не такой, к какому Фрике привыкла.

— Возвращайся домой, Фрике. Если тебе в квартире тошно – приезжай домой: твоя комната всегда ждет тебя.

Мансарда, забитая ее книгами. Сегодня она вспоминает о ней уже не в первый раз.

— Мама, у меня тут дела.

— Ты ищешь отца.

— Нет! – Фрике зашагала дальше, к морю. Плавный подъем был ей на пользу – сегодня она слишком много сидела и мало двигалась. Шаг ускорялся, и не только потому, что ей не терпелось увидеть море. Но пока телефон был прижат к уху, от маминого голоса было не скрыться.

— Ты ищешь отца, да? Чтобы потом самой исчезнуть – как он когда-то? Я до сих пор молчала, Фрике. Но теперь ты взрослая, и то, что его страсть к странствиям у тебя в крови, я поняла, еще когда ты устроилась на работу в газету. Но, пожалуйста, оставь его в покое. Не поступай так.

— Мама, я не понимаю, из-за чего весь сыр-бор.

Мать тяжело выдохнула.

— Так ты его не ищешь?

— Нет. – Фрике добралась до гребня дюны; деревянный настил под ногами тихонько скрипнул. Ветер усилился, трепал ее кудри. Она увидела море, бескрайний пляж, белые гребни волн, ощутила на губах соль и бесконечность… – Мама?

— Да, родная, – голос матери смягчился, и Фрике решила не говорить, что уже видела отца и даже перебросилась с ним парой слов. Вполне по-взрослому, как и полагается.

— Я сейчас смотрю на море. Мы можем поговорить позже?

— Да, родная. Конечно. Любуйся морем.

Фрике нажала «Отбой» и убрала смартфон в карман. Хотя обычно первым делом фотографировала красивый вид, а потом уже наслаждалась им. Но этот вид – необъятный, такого не ожидаешь от маленького острова – распахнул что-то у нее в груди. Она знала, о чем думает мать, и ей это не нравилось.