Книга Аромат прозрачной ночи, страница 38 – Тихая Аканэ

Если долго сидеть в комнате с закрытыми шторами и ни с кем не разговаривать, начинает казаться, что медленно умираешь. Чувствовал ли брат то же самое? А может, он этого и желал? Ждал, надеялся, в конце концов потерял надежду, и тогда – сам…

Мне никогда не удается продвинуться мыслями дальше этой точки. Я просто не понимаю. Даже после того, как я перестала ходить на работу и провела полгода в квартире, где только ела и спала, яснее ничего не стало. Темная и мрачная комната брата в воспоминаниях по-прежнему не пускает меня внутрь – будто считая, что мое место на светлой стороне.

На отекших ногах я бреду к окну и распахиваю занавески. Яркий солнечный свет мгновенно заполняет комнату. От него режет глаза и кружится голова.

Я прислоняюсь к оконной раме, и постепенно в ослепительно белый мир возвращаются краски. Хозяйка безжалостно обрезает соцветия, едва они начинают вянуть, поэтому изгородь сейчас увивают одни только листья и стебли – и даже сама зелень под лучами палящего солнца сохнет и кажется почерневшей. Похоже, на улице очень жарко.

На своей крошечной кухоньке я кипячу воду и завариваю травяной чай. Эту смесь, в которой заметнее всего ромашка, составил для меня Саку-сан. Накануне моих выходных он всегда передает мне пакетик со словами: «В ближайшие дни старайся не пить ничего холодного».

Через три минуты после того, как я заливаю смесь кипятком, жидкость в прозрачном чайнике окрашивается в бледный желто-зеленый цвет. Поначалу чай кажется мне безвкусным, но с каждым глотком аромат становится все отчетливее: я последовательно улавливаю свежую, напоминающую зеленое яблоко сладость ромашки, легкий оттенок имбиря и цитрусовых и наконец зеленую хвойную нотку. Втягивая носом пар, я невольно начинаю дышать глубже. Многослойный запах раскрывается постепенно, совсем как созданные Саку-сан духи.

Внизу живота тянет, и я иду в туалет. Да, так и есть: на белом фаянсе унитаза появляются темно-красные капли крови.

Меня это уже не удивляет: все как ожидалось.

Цикл у меня последние несколько лет нерегулярный – тем не менее, как только Саку-сан предлагает мне взять выходной, на следующий день непременно начинаются месячные. Он умудряется распознать их скорый приход еще до всех явных признаков – отекших конечностей, слабости, сонливости. Сидя на унитазе, я нюхаю свою руку, но не чувствую вообще ничего, хотя ночью потела.

Почему Саку-сан дает мне выходные – потому, что заботится о моем здоровье или потому, что ему неприятен запах менструальной крови, – я не знаю. Впрочем, выяснять это меня совершенно не тянет.

Вернувшись в комнату из жаркой, душной ванной, я вижу на экране телефона множество уведомлений. Большинство из них – от Сацуки-тян: мол, у нее сегодня выходной, и если у меня тоже, то не хочу ли я куда-нибудь сходить? Среди всех этих бодрых сообщений я не сразу замечаю пропущенный звонок.

Звонила мать. Боль внизу живота вдруг усиливается.

Я допиваю травяной чай – он еще горячий – и отвечаю Сацуки-тян. Беру с журнального столика новую соломенную шляпку: я купила ее, потому что мне понравилась широкая шоколадно-коричневая лента. Во время месячных я всегда чувствую себя плохо, но сегодня, наверное, смогу куда-нибудь выйти.

Звонок матери может подождать до вечера. Не выпуская из рук шляпку, я поднимаюсь на ноги.