Книга Партия на любовь, страница 94 – Виктория Арана

— Давай поговорим завтра, после тренировки? Я действительно хочу поехать к девочкам. Мне это нужно.

Не знаю, что двигало мной, но только этот вариант казался правильным. Мне нельзя было сейчас оставаться здесь, рядом с ним, потому что чувства не давали мыслить трезво. Максим помог мне подняться, придерживая за талию, и зачем-то поцеловал в лоб. Затем закинул мой рюкзак на плечо и повел к выходу.

— Если тебе это нужно, чтобы наконец поговорить со мной, то я немедленно отвезу тебя туда.

Он вытащил меня из квартиры, не дав умыться после рыданий. Даже шнурки на моих кроссовках завязал сам. А у общаги подсадил меня, чтобы уменьшить расстояние, которое нужно лезть по веревочной лестнице. В конце затащил рюкзак с вещами, поцеловал меня на прощание в щеку и вылез в окно.

Утром я проснулась с трещащей головой. Оказалось, Аня и Оля внимательно следили за мной в интернете. Видимо, теперь это любимое занятие всех, кто был со мной знаком. Они знали все, даже то, о чем не догадывалась я. Разговор получился суперпродуктивным. Я наплакалась, пока они ели ягодное желе, которое зачерпывали сухариками. Обе не комментировали, но в их глазах я видела одно: беги. Беги, пока не поздно. Хотя уже давно поздно.

Дядя Олег написал вечером, что моя стажировка окончена и что я прекрасно с ней справилась. Поблагодарила его, хотя и расстроилась, что больше не нужно ходить на работу. Это оказалось в разы интереснее, чем учиться. К тому же здорово помогало отвлечься.

Я умылась ледяной водой. Горячую воду в общаге отключили. Когда я вернулась в комнату, наконец разблокировала телефон, ожидая увидеть тонну сообщений от Максима. Но их не было. Ни одного. Вместо этого в непрочитанных висел чат с Сашей. Обычно с ним разговаривал Максим, но сегодня меня что-то дернуло зайти в него.

Я удивилась, заметив, что вся предыдущая переписка стерта. Раньше всегда все оставалось. Максим нередко пересылал старые сообщения, ленясь придумывать в этом непонятном нескончаемом разговоре что-то новое и остроумное. Да и любил показывать мне особенно смешные, с его точки зрения, моменты.

Изменщик: «И что, думаешь, она никогда не узнает? Да мы же с ее телефона переписываемся, урод! Я уже сделал ей больно однажды, ты теперь собираешься окончательно уничтожить Еву? Как она только не заметила, какой ты на самом деле! Говнюк! Чтоб тебя машина сбила! Да чтоб тебе ракеткой по лицу заехали! От всей души желаю провалиться на всех отборах и вылететь из всех соревнований! Пусть твои звания и награды аннулируют за то, какой ты мудак!»

После сообщения висели непрогруженные фотки. Нажала на них, ожидая чего угодно, кроме достаточно откровенных кадров Лизы и Максима. Все явно сделаны в разные дни, везде они вместе смотрели в кадр, совершенно ничего не стесняясь, много где целовались. Внутри что-то оборвалось. Я заблокировала Сашу, но сообщения удалять не стала. Сделала скриншоты и сохранила фотографии на случай, если понадобятся доказательства.

Только потом дошло, что увидела. Руки затряслись так сильно, что телефон упал на пол. Горло пересохло. Дышать удавалось с трудом даже через раз. Я сипло хватала ртом воздух, пытаясь глотнуть хоть немного кислорода.

Да как он мог! Говорил, клялся, что между ними не было ничего серьезного, а сам! И когда только сделаны эти проклятые фотографии? Когда мы были вместе? Забила в интернете их имена по отдельности и вместе, не нашла ничего похожего в открытом доступе. Видимо, скрывали как могли. Ну конечно, скрывали. Иначе зачем удалил всю переписку? Я даже после расставания с Сашей этого не сделала! Явно что-то не так! Из глаз снова полились слезы.