Книга Время, прости!, страница 18 – Татьяна Тронина

— Знаю. Не буду, – коротко ответил Никитин. – Да, а твой муж, по-хорошему, должен тебя встречать вечером, если ты поздно возвращаешься. Дураков всегда хватает, шляются в темноте всякие…

— Да, знаю… – согласилась я. – Но Артур был тогда занят.

— Если хочешь, я буду тебя встречать и провожать, – кусая губы, вдруг предложил Никитин. – Нет, ты не думай, я не стану тебя под ручку вести. Я буду идти сзади, далеко… Словно случайно вышел на ту же дорогу! Но так будет спокойнее и тебе, и мне.

— Это слишком, – растерялась я.

— Ладно, забыли, глупость сморозил… – неловко усмехнулся он. – Но с этим типом со стройки я обязательно разберусь.

— Только ты не показывай, что следишь за ним, – взмолилась я. – Вдруг он что-то почувствует и…

— Алена, ты будешь учить меня, как правильно вести наблюдение за подозреваемыми? – мягко перебил меня Никитин. – Не надо.

— Прости! – воскликнула я умоляюще.

— Ну что ты! – спохватился он. – Не хотел тебя обидеть. Ты знаешь, я ко всем твоим словам отношусь серьезно. Ты очень наблюдательная, недаром в писатели подалась. И ты как будто многое предвидишь, чувствуя этот мир и людей. Я недавно твою повесть перечитывал – ту, что в «Юности» летом опубликовали, «Вместе справимся». И снова поразился: ты так точно все передала про нашу жизнь, настоящую жизнь – живую, не придуманную. Вот бы кино еще сняли такое…

— Уже снимают, – вырвалось у меня. Зачем я это сказала? Зачем я добиваю участкового своими успехами, еще больше увеличивая пропасть между нами?

— Что, на самом деле? – Никитин широко раскрыл глаза, потом сглотнул – и кадык у него принялся ходить вверх-вниз на шее. – Отлиично! Очень рад. За тебя рад, моя девочка… Не моя, конечно. – Он вдруг сник и, ни слова не говоря, поспешил прочь.

Мне было как-то не по себе: каждая встреча с Никитиным выматывала, забирала силы.

Я особо не надеялась, что участковый быстро разберется с Землекопом, ведь нужно время, чтобы выследить подозреваемого, понаблюдать за ним, сделать выводы, проанализировать ситуацию – что подозрительно, что нет…

А оказалось, Никитин действовал проще. Прямо-таки в лоб.

Он в тот же день взял да и опросил всех соседей Землекопа и еще тех, с кем тот работал. И выяснил, что в те дни, когда пропали девушки в нашем районе, Землекоп вел себя подозрительно. В рассказах его коллег участковый уловил тревожные нюансы… Недолго думая, Никитин связался с сотрудниками из уголовного розыска и при их поддержке добился санкции на обыск у Землекопа.

В квартире, где тот жил, нашли вещи пропавших девушек: маньяк после преступления забирал с собой «сувениры» в виде заколок, расчесок, часов… Близкие пропавших девушек сразу опознали эти вещи.

Землекопа буквально приперли к стенке этими уликами, и он признался в содеянном, показал, где закопал тела девушек – на пустыре неподалеку.

Обо всем этом рассказала Раиса рано утром. Она только что пришла с Бауманского рынка, где вовсю обсуждали эту страшную новость.

Домработница, возбужденно жестикулируя, пересказывала историю моей свекрови Марии Олеговне. Свекровь ахала, ужасалась: она по натуре своей была очень впечатлительной, трепетной особой. Потом на кухню зашел Петр Дмитриевич, затем Николай и я.

Про завтрак все забыли: слушали Раису. Домашние в ужасе клеймили преступника, жалели жертв и их семьи, хвалили бдительного участкового. Раиса с упоением повторяла историю расследования каждому зашедшему на кухню.