Книга В рамках дозволенного, страница 153 – Валерия Савельева

– Почему? – тихо спросил Тим.

– Потому что мы похожи. – Его пальцы крепче стиснули плечо. – Во всем.

Тим всегда хотел быть похожим на отца, но оказалось, это может сыграть с ним злую шутку. Например, когда вы оба западаете на девушек постарше. Или когда бываете настолько вспыльчивыми, что практически теряете их. Или не можете определиться в собственных чувствах… Оказалось, за образом удачливого бизнесмена кроется слишком резкий характер. И отчаянные отношения. – Ты же мой сын, думаешь, я не замечал, как ты на нее смотришь? – горько спросил отец.

– Ты почти не бывал дома, – отозвался Тим.

– А когда бывал, видел горящий взгляд влюбленного мальчишки, – хмыкнул он и добавил, не позволяя сыну перебить: – Не спорь, сам таким был.

– С мамой?

– С мамой.

Они разговорились: отец отвечал откровенно, а Тим заставил себя забыть обиды. Хотя бы на время. Чтобы узнать о родителях больше, те истории, которые ни мать, ни отец никогда не рассказывали: об их знакомстве, о ссорах, о том, как они расходились. На два года! Из-за глупости и вспыльчивости.

– И тогда ты решил нагадить мне? – усмехнулся Тим.

– Не нагадить, а слегка подтолкнуть. Шоковая терапия, – пожал плечами отец, но, заметив хмурый взгляд сына, пояснил: – Можешь считать меня плохим отцом, но бизнесмен из меня терпимый. Шоковая терапия. Самый легкий способ учиться на собственных ошибках. Когда окунаешься в них с головой, а потом пытаешься выплыть. – Очередной недовольный взгляд Тима, очередное пояснение: – Вероцкий. Это был первый шаг. Правда, я рассчитывал, что ты разумней и успеешь вовремя помириться со своей дамой, но ошибся… Риски иногда сложно рассчитать.

Тим долго смотрел на отца. Спокойного, уверенного в своей правоте и лишь слегка сожалеющего. Из-за той дурацкой ситуации со Стасом Лада сбежала, а отец словно этого и не замечает, словно доволен этим.

– Зачем? – наконец, выдавил Тим.

– Иногда ревность сметает на своем пути все. Остальные чувства. Лучше понять это сразу и потерять то, чего у тебя еще нет, чем уничтожить уже имеющееся, так ничего и не осознав.

Какие пафосные речи, какая глупая ситуация. Тиму захотелось рассмеяться, но он удержался. А когда отец печально улыбнулся, предложив подумать и поговорить потом, решил выкинуть все из головы. Ревность может все уничтожить, лучше потерять сразу… Что за глупости?

Но эти глупости снова и снова приходили в голову, с каждым звонком Ладе, которые становились все реже.

Иногда ревность сметает на своем пути все…

Август тянулся медленно, так же медленно, как первые дни в доме Егоровых, и это бесило. Только теперь все было спокойней. Никакой адской музыки и попыток меня выжить. Квартира Джоя, тишина и редкие ученики. Елена Николаевна была права, когда в начале июля отправила меня работать гувернанткой: репетиторства летом мало, чаще всего или малыши, или старшеклассники, которым необходима «пара уроков перед учебным годом». К осени все изменится, а пока приходилось перебиваться тем, что есть.

Впрочем, по кошельку это не ударяло. Джой позволял жить в своей квартире безвозмездно и старался больше оставаться у родителей. Хотя последнее время приходил все чаще. Просто так, после работы, заставляя меня вскакивать посреди ночи и готовить что-нибудь на скорую руку – или разогревать оставшееся с вечера. А все потому, что мы… сдружились. Слово за слово, обсуждая то работу, то какие-то пустяки, то Ники, то… Тима.