Книга Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя..., страница 80 – Маргарита Климова

— Я никогда не видел такие семейные посиделки, — делюсь с деткой, незаметно кладя руку ей на коленку, пользуясь прикрытием в виде скатерти и стола.

— Нравится? — сбивается с дыхания, когда я следую по шелковистости чулка на юг.

— Очень. Не думал, что такое бывает. Впервые за последние шестнадцать лет радуюсь детским конкурсам и играм. Хочу поиграть с тобой ночью, наедине, — шепчу ей на ухо и добираюсь до края резинки.

Яр перехватывает мой взгляд, и по сжатию вилки вижу, что он включается в игру и повторяет те же действия с другой стороны. Алька старается сидеть ровно, пытается орудовать столовыми приборами и даже жевать, но с каждой минутой её взгляд стекленеет и заволакивается мутной пеленой.

Добираюсь до заветной цели, сталкиваюсь с пальцами бро и с сопротивлением детки, сжимающей ноги, словно она пытается удержать горошину между ними. Непорядок. Она слишком напряжена, и надо срочно с этим что-то делать.

— Расслабься, детка. Расставь ножки, я сделаю тебе хорошо, — соблазняю её на удовольствие в экстремальных условиях.

Она сжимается ещё сильнее и шипит сквозь зубы. Отступаю, играюсь с краем резинки чулка, отвечаю на вопросы Марии о своей семье, не охотно вспоминая период своего взросления. Всё хорошее в прошлой и настоящей жизни связано с появлением в ней Яра. Я обрёл преданного друга, некровного брата, любимую девушку и большую, дружную семью.

— Покажи мне свою комнату, — продолжаю совращать Алёну.

— Ты её уже видел, — язвит детка, катая по тарелке оливку.

— Тогда я не рассмотрел розовых единорогов и радугу на потолке? — ухмыляюсь, вспоминая ночи, проведённые в ней.

— Их там нет, — возмущается она, расслабляя в запале ноги.

Пользуюсь моментом и стремительно пробираюсь в трусики, проскальзывая по влажности между складочек. Алька издаёт булькающий звук, а затем продолжительно кашляет в кулак, маскируя сбивающееся дыхание.

— С ума сошёл? — шепчет, повернувшись ко мне, еле сдерживаясь от стона. — Здесь не место.

— Покажи тайное местечко в доме, где мы можем пошалить, — шантажирую её, надавливая на клитор и массируя его. — Мне необходимо потереться об твое тело, всунуть член и хорошенечко оттрахать тебя. Я пережил стресс, которому требуется выход.

Она фыркает, но на моё счастье, начинается следующий этап встречи Нового года — сжигание старого на кострах. Дети на перегонки одеваются, сжимая в руках сломанные игрушки, ненужные тетрадки, рваную одежду. Взрослые следуют за ними, а мы быстро поднимаемся в Алькину комнату, закрываем дверь и без прелюдий набрасываемся на неё.

Прогибаю её в пояснице, сдвигаю в сторону трусики и вхожу сплошным мазком по влажности, заполняя собой до конца. Горловой стон пытается прорваться, но сразу забивается членом Яра. На долгие игры времени нет, поэтому мы вбиваемся в неё с двух сторон, набирая ускоренный темп.

Детка дрожит от возбуждения, насаживается поочерёдно на наши стволы, мычит, извивается, держится на ногах только благодаря моим рукам и цеплянием ногтями за бёдра Яра. Она на пределе, замирает, вытягивается в позвонке, прогибается как кошечка и срывается в оргазм, сокращаясь и сжимая меня пульсирующими стенками. Кончаю следом, продолжая медленно возить стволом по киске и размазывать сперму между ягодицами. Совсем скоро доберусь и туда, только подготовлю предварительно. Вот закончиться семейный праздник, и начну.