Книга Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя..., страница 79 – Маргарита Климова

— Детей? Залетели, — охает баба Вера, всплеснув руками. — Как же так? А учёба, практика? Ты ещё совсем маленькая.

— Расслабься, ба. Я не беременная, — спешу успокоить её, пока всякие давления, инсульты и инфаркты не сбили с ног. Хотя, её хен собьёшь. Вечный двигатель, ещё и влюблённый. А влюблённая баба Вера — это похлеще цунами, шторма и землетрясения вместе взятых.

— Ну раз не беременная, то с остальным справимся, — хлопает она в ладоши, срабатывая взрывом, пробуждающим застывшее царство. — Чего, как рыбы, в рот воды набрали. Через пол часа дом по швам пойдёт от пришлых гостей. У каждого по две минуты на высказывание своего мнения, и вперёд заниматься делами. Новый год не будет ждать.

Сейчас я готова обнять и зацеловать бабушку, сумевшую быстро справиться с шоком и направить эмоции остальных в нужное русло.

— Без ста грамм не разберёшься, — встаёт батя и достаёт бутыль вискаря со стаканы.

— И мне плесни, — в один голос подрываются мама с Даяной.

— А я сразу сказала, бери двоих, — поднимается Маринка и подходит к нам. — Ну-ка. Отцепитесь от неё, мальчишки, пока не сломали. Рада за тебя. Не представляю, как оно будет, но рада. И за тебя, братик.

— Влад с Натали знают? — приходит в себя Макс, осушив половину стакана.

— Нет, — дёргает головой Ник, зарываясь пятернёй в волосы. — И так спокойно они не воспримут.

— Лар, усиль охрану и приставь к каждому сопровождение. За Коберник круглосуточную слежку и прослушку. Привлеки всех. Полная проверка каждого, с кем они будут общаться и случайно сталкиваться в людных местах.

— Всё так серьёзно? — сникает Ник.

— Понимаешь, парень. Твой отец не любит проигрывать, и не всегда всё решал по закону, — всовывает ему батя стакан и хлопает по спине. — Ты не дурак, Ник, и отлично знаешь Влада. Его пренебрежение к людям, брезгливость к партнёрам из стран второго сорта, ненависть к тем, кто ниже по положению, расовая нетерпимость. Прибавь сюда амбиции, деньги, власть, возможности, безнаказанность.

— Какие последствия? — обзаводится своей порцией пойла Яр.

— Для Ника шантаж и отрешение от наследства. Для тебя с Алёной всё, что угодно, вплоть до попытки уничтожения. Зависеть будет только от злости Влада и его жажды мести.

— Всё будет хорошо. Макс с Ларри обо всём позаботятся, — успокаивает мама. — Добро пожаловать в семью, Ник. Сейчас, наверное, мы ещё не в состоянии осмыслить трезво, требуется время, но счастье детей для нас самое главное, даже если оно отличается от привычных параметров.

Моя мамочка. Всегда поддержит, поделится теплом, окутает заботой, как и батя, ставший стержнем и каменной стеной для всей семьи.

Николас

Моя новая семья, если верить словам Дарьи, не стала концентрировать внимание на наших отношениях. С приездом гостей и дополнительных родственников все силы были отданы празднику, развлечениям и конкурсам для детей, контролю переусердствовавшим с выпивкой. Племянник Макса отхватил от Дарьи по ушам, за попытку запустить фейерверк, а от Яра по рогам, за говорящие взгляды в сторону Альки. С каждой стопкой текилы его взгляд говорил всё больше и больше, чего бро вынести не смог, вывел на задний двор и закопал в сугроб, которого вечером ещё не было.

Погружение в волшебный мир Орловых впечатлило. Это не день благодарения и не рождество в провинциальных городках Америки, где домохозяйки натягивают заученные улыбки, а сами с ненавистью смотрят в спину более удачливым конкуренткам. Здесь всё идёт от сердца, взгляды открытые, улыбки честные, смех от души. Здесь тепло и спокойно. Начинаю понимать, почему лучшие экземпляры американской бизнес-элиты бросили тёплый Лос-Анджелес с зажратым обществом и поселились в холодной, неприветливой стране. Россия не любит чужаков, как и недолюбливает собственное население, но среди этой недолюбленности встречаются такие люди, как Дарья и её окружение, от которых не хочешь уходить, в тёплой ауре которых хочется хоть чуть-чуть погреться.