Книга Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя..., страница 62 – Маргарита Климова

А ведь это звенья одной цепочки, потянувшиеся от криворукого покоса газона, и последнее звено привело ко мне, вылившись в огромный геморрой. С мелкими сестрёнками остаюсь я, а в помощь мне официально освобождаются от работы газонные вредители. А как ещё справиться с четырьмя девчонками подросткового возраста, с их заскоками и слишком развитой фантазией?

От осознания своего попадалова больше всего горит задница, потому что во взглядах долбонянек столько обещания в неминуемом наказании, столько ликования от развязанных рук и полной свободы действия. Становится по-настоящему страшно, и в тоже время страшно влажно.

Вечером дом стоит на ушах. Сборы, предвкушение отпуска, планирование досуга, обещание мелочи через месяц отвезти их куда захотят и привезти, что пожелают, а я отсчитываю последние часы до приближающейся кары, и что-то подсказывает мне, кричать я буду громко и долго.

Орловы старшие уезжают в три часа ночи, Орловы средние, в сопровождении помощницы бабы Веры, шумно выкатываются в пять утра, и мой кошмар приотрывает дверь, втекая в спальню с хищным оскалом.

— Доигралась, сестрёнка? — рычит Яр, скидывая на ходу футболку и спортивные штаны. — Советую тебе не тянуть время и занять полагающую наказанию позу.

— К-какую позу? — запинаюсь, пятясь назад.

— Колено-локтевую, — стягивает майку Ник. — И не забудь раздеться перед этом.

— Не ухудшай своё положение, Аля, — предупреждает Яр, когда я дёргаюсь в попытке прорваться к выходу. — Ты и так набегала на порку. Можешь нарваться на лишение попки девственности.

Нет, нет, нет. Моя попа не готова к вражескому вторжению. Я только смирилась с двумя мужчинами в моей постели, только перестала смущаться от их совместных ласк и процесса совокупления с одним на глазах у другого. Подпустить их настолько глубоко и на столько интимно, когда, в моём понимании, анальный секс может быть только после пары лет совместной жизни и полного доверия к партнёру, а может не быть никогда? Нет, нет и ещё раз нет.

Выбираю меньшее из зол, избавляюсь подрагивающими пальцами от одежды, ловлю себя на мысли, что боюсь их гнева до головокружения, переходящего в томное ожидание касаний, поцелуев, нежности и страсти. Они стоят раздетые, с гордо поднятыми членами, с животным голодом в глазах, готовые наказать меня и доставить много удовольствия.

— Поторопись, малышка, — шумно дышит Ник, указывая на кровать. — Не заставляй применять силу и привязывать тебя. Прими всё, что заслужила. Уверен, тебе понравиться.

Медленно залезаю коленями на кровать, прогибаюсь в спине, утыкаюсь лбом в матрас и горю, то ли от стыда, то ли от возбуждения. Ник сказал, что мне понравиться. Поверю и постараюсь расслабиться.

Алёна

— Ай! — вскрикиваю от обжигающего шлепка по ягодице, а следом от второго. — Совсем рехнулись?!

— Это ты рехнулась со своей адреналиновой наркоманией, — удерживает за спину Яр, прижимая плотнее к матрасу и обездвиживая, пока Ник проводит экзекуцию. — Езда на мотоцикле уже перебор, а участие в той мешанине и в опасных трюках выходит за рамки.

— Представляешь, что мы чувствовали, когда ты чертила коленом по асфальту, — продолжает отвешивать шлепки Ник, но уже перемежая их с поглаживаниями. — У меня чуть сердце через глотку не выскочило.