Книга Разведенка, страница 44 – Маргарита Климова

Упаковалась в тёплый костюм, повисший мешком на попе. Видно, со всей этой нервотрёпкой мой полный сорок восьмой истощал до маломерного сорок шестого. Выглянула в приоткрытую дверь и, не обнаружив в поле зрения Руслана, пошла на кухню, по пути заглянув к Ромке с Ларкой. Те даже не подняли головы, увлёкшись мультиками.

В печке задорно трещали дрова, ещё неохотно делясь теплом, придавливающим прохладный воздух к полу. Отчего лицо трогал жар, а по ногам гулял ветер. Дима стоял за плитой и вбивал в огромную сковороду яйца. Там уже скворчала колбаса, по-мужски порезанная толстыми ломтями, и плавали в масле прозрачные полукольца лука, тронутые золотистыми штрихами.

— Я тут немного похозяйничал, — на мгновение повернулся ко мне Димон и вернулся к своему занятию. Из-за спортивных штанов, выданных, скорее всего, Русланом, Дима выглядел по-домашнему прилично и скромно. — Не хотел утруждать тебя ещё и готовкой.

— Спасибо за помощь и за тортик, — обнаружила последний в холодильнике, когда полезла за овощами для салата. — Я, если честно, устала и мечтала лечь пораньше, пока не вмешался Эдик.

— Куда ездили? Забегал к вам перед обедом и не застал дома, — поинтересовался Дмитрий, паралельно соля и сдабривая специями яичницу.

Меня больше не удивляла простота и лёгкость нарушения личных границ. Здесь личных границ не существовало и каждый мог без предупреждения прийти к соседу в гости, поучаствовать в семейном скандале и тут же разнести свежую сплетню по деревне.

— Руслан возил детей на экскурсию по своему кораблю. Пришлось встать с петухами и весь день провести в дороге.

— Круто, наверное, было? — загорелись по-пацански у Димки глаза, а я поняла, что имел ввиду Рус, оценивая его возраст. Дима, действительно, был ещё необременённым ответственностью мальчишкой, несмотря на свои двадцать девять лет. — Жаль, что я раньше не узнал. Напросился бы с вами.

— Не вышло бы, — появился в проёме Руслан, натянув домашние штаны и тельняшку без рукавов на влажное тело. — Их я провёл как семью, а ты, рыжий, на родственные связи со мной не тянешь. Фейсом не вышел.

— Ты всегда был вредный, — поник на короткое время Дима и снова заулыбался. — Помню, как Фиска называла тебя Руськой-вреднюськой.

— А тебя Димон — рыжий охламон, — не остался в стороне Рус, занимая табуретку ближе к выходу. — Есть когда будем?

— Через пять минут, — отчитался Димка, заглянув в сковороду.

— Успею как раз салат нарезать, — ополоснула овощи, поставила на стол миску с доской и потянулась за ножом.

— Я сам, — взял у меня из рук нож Рус и отрубил у огурца попку. — Можешь почистить луковицу и позвать детей.

Через несколько минут к треску дров добавился стук приборов о тарелки и хрумканье салатом. На удивление, Ларка не отставала от мужчин, взяв в приоритет подражание Руслану. И если раньше она частенько закатывала истерику, не соглашаясь есть общий ужин, то теперь первая требовала тоже, что будет дядя-Ус.

Мы уже пили чай с тортиком, когда пиликнула машинка, обозначая конец стирки. Вот тут я поняла смысл дислокации, занятой Русланом. Услышав звуковой сигнал, он встал, вышел, пошуршал в коридоре, завис в ванной и вернулся, держа в руке большой мусорный мешок с мокрыми вещами Димы.

— Тебе пора, — безапелляционно объявил, протягивая Сытникову пакет. — Сушить повесишь дома.