Книга Разведенка, страница 43 – Маргарита Климова

— Иди, — тепло улыбнулся Руслан, протянул руку и нежно стёр грязь с щеки. — Не переживай. Я привык мыться холодной.

Заторможено кивнула и поплыла в ванную комнату. Машинка уже накручивала обороты, постукивая о барабан металлическими кнопками. Димка проблему с ночёвкой решил кардинально, засунув в стиралку и джинсы с толстовкой. Ну не в трусах же его гнать на улицу.

Экономно, включая и выключая воду, помыла голову и ополоснула тело. Только отодвинув стекло душевой кабины вспомнила, что халат оставила в спальне. Обмоталась полотенцем и на цыпочках выбралась в прихожую, собираясь незамеченной пробраться в комнату. Не срослось.

Сделав шаг, чтобы прикрыть дверь, я споткнулась о чего-то твёрдое. Вернее, о кого-то. Руслан, елозя на коленях, протирал полы от грязи. Мои сапоги, Димкины кроссовки и его ботинки сверкали чистотой, как и доски, покрытые корабельным лаком.

— Мил-ла, — рыкнул Рус, подхватывая меня под колени. — Не стоит ходить в таком виде перед мальчишкой.

— Ромка маленький ещё, — невнятно промямлила, по инерции облокачиваясь ладонями на плечи Руса.

— А я не о нём, — невзначай потёрся колючей щекой о бедро. — Димка совсем недавно вышел и пубертатного возраста. Не надо светить перед ним голыми ногами и грудью.

— Смеёшься? — отстранилась от покалывающей кожу щекотки, запускающей табун мурашек. — Ему тридцатник исполнится скоро.

— Дело не в возрасте, Мил-ла. Дело в уверенности, что потянешь выбранную женщину.

— А ты, значит, потянешь? — с вызовом глянула на него, отклоняясь назад и делая безуспешные попытки освободиться.

— Тебя да, — ни секунды не раздумывая ответил Рус, проведя ладонями от коленей вверх по бёдрам и убрав руки. Давая выбор отойти или остаться стоять так близко.

— Я иду в комплекте с детьми, — всё же отошла, плотнее кутаясь в полотенце. Хотя, непонятно было во что там кутаться. Кусок ткани метр на полтора.

— Согласен. Не так выразился, — хрипотцой завибрировал голос капитана. — Без комплекта я тебя и не рассматриваю. Уверен, что смогу правильно воспитать детей, заложив неоспоримые понятия о чести и справедливости.

— Не слишком ли ты спешишь, Руслан? Сколько мы знакомы? Третий день? — чуть не подавилась собственной слюной от возмущения. Ишь, расселся тут, деловой, просчитавший и решивший всё за меня.

— Нам не по двадцать лет, чтобы водить хороводы, — даже не изменился в лице Рус. Как подпирал жопу пятками, с невозмутимостью сверля во мне дыры, так и продолжал источать спокойствие. — Я сразу понял, что мы созданы друг для друга. Ты и сама это чувствуешь, просто боишься признать.

— Чувствую, что замерзаю, — поёжилась совсем не от холода, а наоборот. Обняла себя за предплечья, пятясь назад. — Дом ещё плохо прогрелся.

Развернулась и припустила в спасительную спальню, где можно было расслабиться, сложить брови домиком, всхлипнуть и испуганно растереть щёки. Или запустить подрагивающие пальцы в волосы и оттянуть до боли в корнях. Или… Господи, да что ж я за закомплексованная идиотка, потерявшаяся от тесного контакта с Русланом?

Может быть потому, что никогда прежде не общалась с такими самцовыми мужиками, вынужденная из-за Эдуарда крутиться совсем в других кругах? Там наивысшим достоинством считались интеллигентность и учёная степень. А то, что у Свята тощая шея, покрытая гусиной кожей, и костлявая, впалая грудь, а у Валика из-за живота сложно было определить наличие писюна отходило на какой-то последний незначительный план.