Книга Разведенка, страница 41 – Маргарита Климова

— Что же ты, Люська? — окинул меня взглядом ушлёпок и с ехидной ухмылочкой повернулся к жене. — Меня мордой как котёнка в лужу тыкаешь, а у самой рыльце в пушку? Не успела из семейного гнёздышка свалить, как сразу ёбаря в дом привела? Ты какой пример детям подаёшь, подстилка блудливая?

Это было последним, что вывалилось из грязного рта этого мудака. Схватив его за кашемировые грудки пальтишка, встряхнул как мешок с говном, проверил на крепость солнечное сплетение и протёр мордой капот. В ярком свете ксенона красные капли на белом шарфе смотрелись очень нарядно.

— Ещё раз оскорбишь мою женщину, — медленно выплёвывал каждое слово покоцанному пижону, — и долго не сможешь самостоятельно жрать и срать. А притащишь свой зад сюда — назад поползёшь со сломанными ногами. Я доходчиво объясняю?

Ущербный невнятно замычал, шлёпая ладонью по железу. Наверное, так он соглашался со мной, но для профилактики и для закрепления результата я ещё раз ткнул его харей в капот, только уже в собственный, а потом отпустил, направляя толчком в грязное месиво.

— Обана. Чего это тут у вас? — появился свидетель поучительного урока. — Помощь нужна?

— Господи, кому? — мучительно простонала Мила, глядя, как её бывший изображает Ваньку-встаньку, одновременно пытаясь ползти. — Руслан и один справился.

— Уууу, мне ещё в пятницу повезло, — прогудел Димон, оценивая внешний вид Эдика. — Снег смягчил падение, а отсутствие сопротивления спасло лицо.

— Ты, Дим, иди куда шёл, — отодвинулся я от куска говна и отряхнул руки.

— Сюда и шёл, — совсем потерял нюх рыжий. — Мелким гостинцы принёс, а Людочке тортик.

Пока Димка тряс в воздухе двумя пакетами, Эдик забрался в салон, заблокировал двери, завёлся, объехал меня по дуге, притормозил, заняв безопасную позицию, и слегка опустил стекло.

— Так ты оказывается сразу с двумя зажигаешь! Не знал, что женат на извращённой бляди, любящей скакать на нескольких хуях!

Прогундосив всю эту пошлость, мудозвон вдарил по газам, окатывая нас комьями грязи.

— Вот тварь! — сплюнул Димон, расставляя руки шире, чтобы с пакетов грязь не стекала на одежду, хотя там и так прилично забрызгало. Он встретил холодный душ лицом и грудью. — Давай за руль! Ещё успеем его догнать и прикопать в навозе!

— Стоять! — рявкнула командным голосом, тормозя дёрнувшегося Руслана. Ему повезло больше всех. У него пострадали лишь спина и погоны, а меня волной задело по косой. — Там дети! Выбросите их на улицу и понесётесь мстить?

В тот момент я всеми фибрами почувствовала вихри злости, что закручивались вокруг Руса и выплёскивались с избытком в пространство. Наверное, что-то внутри ещё осталось к супругу, промелькнувшее жалостью. И если подумать, то измены и досадливый бред не стоили выдранных ног и больничной койки.

— Я его потом достану, — буркнул Руслан и заржал, глядя на Сытникова. — Повезло тебе, рыжий, что коров больше не гонят на поля по дороге, а то сейчас ещё и вонял бы. Говорил тебе — чеши отсюда. Мог бы вернуться восвояси чистеньким. А теперь бери тортик в обнимку и беги отмываться.

— Вынужден напроситься на чай с душем, — пропустил мимо слова Руса и обратился ко мне Димон. — Мне нельзя домой в таком виде. Мама с бабушкой расстроятся. Замучают потом расспросами и приступами с давлением.