Книга Да гори оно всё..., страница 19 – Маргарита Климова

— Меня воспитывали в уважение к родителям и старшим родственникам, — скромно опускаю ресницы, надеясь, что ледяной гость заткнётся и даст пожрать. Поджёг целой комнаты израсходовал много калорий. А Ларелькино тело и так тощее. Его надо хорошенько кормить.

Не дожидаясь очередного вопроса, запихиваю в рот яйцо и сразу отрезаю кусок от мяса, отправляя его следом. Тщательное пережёвывание пищи временно спасает меня от чрезмерного внимания. И Седорик приходит на помощь, продавливая тему охоты.

— Мой следопыт напал на след медведя недалеко, — басит дядюшка, отбросив столовые приборы и разделывая запечённую рульку руками. — И собаки волнуются. Видно, ходит бурый кругами. К сараю с птицей подбирается.

— Крупный? — наливает себе в стакан тёмную жидкость Ториан и в пару глотков выпивает её, оживившись на приятный разговор.

Типичный мужик. Глаза горят, губы подрагивают, руки жадно рвут мясо. Представляет, что уже забил и освежевал.

— Рис говорит, что огромный. Отпечаток лапы с мою голову, — кивает Седорик, тряся сжатым кулаком над столом. — Думаю, большими арбалетами справимся. Мне тут подарили Варговы болты на крупное зверьё. Не терпится испробовать в деле.

— А вы, Лара, ходили на охоту? — переводит на меня голубые омуты Льдышечка и тянет свою божественную улыбочку.

На плотах ходила, на лыжах в школе каталась, с парашюта, послушав, как Бабкина потеряла за раз пятнадцать кило, прыгнула, а с охотой не сложилось. Вот Лисичкин, экс любовник, согревающий меня до Жорки, был заядлым охотником. Был, пока не загремел за решётку за браконьерство в крупном размере.

— Не приходилось, — мотаю головой и складываю на пустой тарелке нож с вилкой. — Папенька не позволял.

— Тогда приглашаю вас на охоту, — безапелляционно заявляет Льдышечка и, выдержав короткую, но многозначительную паузу, добавляет: — если дядюшка не будет против.

— А если она лес с испуга подожжёт? — откашливается Седорик, выкатывая от неожиданного предложения глаза. — Дождей не было месяц, древесина пересушена. Деревья вспыхнут как свечи.

— Да ты не волнуйся так, — вытирает сальные руки о салфетку Ториан и поднимает наполненный стакан, чокаясь с воздухом. — Присмотрю я за девчонкой. Ни одна веточка не вспыхнет.

— Варговы копыта, — отталкивает тарелку Седорик и размазывает жир по полотенцу. — Баба на охоте…

И тут меня распирает обида на его слова и вечное соперничество с мужиками, одарёнными жалкими мешочками между ног вместо яиц. Приходилось всю жизнь доказывать, что моя сталь крепче и умеет не только звенеть. Даже свой рынок я зубами выдрала у Мавлида в знак прощения за ненавистный мне анальный секс. Тогда меня на протяжение года спасали только молодость и лечебные свечи от трещин.

— Я с удовольствием схожу на охоту, — вырывается раньше, чем мозг даёт команду заткнуться. — Никогда не видела живого медведя.

И не обязательно говорить о зоопарках и цирке в моём мире. Льдышечка и Седорик вряд ли оценят рассказ о косолапых на велосипедах и танцующих в юбках ради вкусняшек.

— Что ж, тогда надо подобрать тебе подходящую одежду, — сдаётся дядюшка, залпом выпивая дымящийся отвар. — Прикажу принести штаны с рубахой.

Благодарю кивком и бегу в выделенную мне комнату. Щёки пылают от сумасшествия, на которое я напросилась. Мало того, что это опасно само по себе, а в компании Ториана опасность увеличивается кратно. И сама мысль убийства хозяина лесов приводит в ужас.