Книга Как мама меня богатому дракону продала, страница 26 – Александр Шугарт

Печать на запястье тут же нагрелась, как наглая маленькая доносчица, напоминая, что до девяти вечера осталось не так уж много времени. Я посмотрела на алые линии, Рейнар — тоже, но мы оба сделали вид, что ничего не произошло.

Я стояла в прихожей и пыталась понять, почему после чужих криков, мерзких намеков и волшебного юридического уничтожения от Рейнара мне хотелось не радоваться, а спрятаться под одеялом.

Мама посмотрела сперва на меня, потом на Рейнара и осторожно спросила, не будем ли мы все-таки пить чай.

— Мама, — сказала я устало, пытаясь одновременно не сорваться и не рассмеяться. — Если ты сейчас начнешь лечить меня напитками, я попрошу Рейнара внести в семейные бумаги отдельный пункт о запрете успокоительных сборов.

— Очень жестоко с твоей стороны, — вздохнула она, но к кухне все равно пошла ставить чайник. — Лорд Рейнар, вы, конечно, можете отказаться, но я все равно поставлю чашку, потому что вы только что спасли мой дом от Аглаи.

Рейнар чуть склонил голову, вроде как даже не отказываясь. Но вместо того чтобы пойти за мамой, остался в прихожей и развернул бумагу.

— Что там еще? — спросила я, подходя ближе и скрещивая руки на груди. — Только не говорите, что Феликс все-таки оказался гением семейного права.

— Нет… — ответил Рейнар, не поднимая глаз от бумаги. — Ваш Феликс выглядит человеком, которому собственное имя в договоре лучше показывать пальцем, иначе он распишется в графе “скот и движимое имущество”.

Я моргнула, совершенно не ожидая от всегда сдержанного дракона подобного… эпитета. Но абсолютно согласна!

— Вы оскорбили его так красиво, что не могу вас не поблагодарить.

— Не стоит, госпожа Астерен. Но бумагу действительно составлял не он и, скорее всего, не госпожа Аглая.

Я посмотрела на бумагу уже внимательнее, хотя ничегошеньки там не понимала. То есть, в целом могла определить, о чем все эти сухие строчки, но бюрократия мгновенно выключала у меня логику.

— Может, они наняли поверенного, — сказала я неуверенно.

— Возможно и поверенного, но странного, — Рейнар провел пальцем по одной строке. — Вот здесь, смотрите. Временная утрата самостоятельного хозяйственного статуса вследствие спорной договорной передачи. Формулировка неверная, но ее основа встречается в старых делах Совета, когда имущество закреплялось за хранителем до слушания.

— Прекрасно… Значит, у нашей семейной юридической катастрофы появился неизвестный поклонник.

Рейнар наконец поднял на меня взгляд.

— Если бы они получили временное управление, пусть даже на несколько недель, через них можно было бы подписать продажу части земли, согласие на передачу долга… отказ от старых претензий. Да что угодно, на самом деле. И вашим родственникам, при всем уважении, не хватило бы ума составить такую бумагу.

Аглая с ее благородным лицом, Северин с рассуждениями о мужском присмотре, Феликс с мерзкой усмешкой. Но где-то за ними есть человек, который дал эту бумагу и объяснил, что говорить. И наверняка заплатил.

Мама как раз вернулась с подносом, но Рейнар даже не притронулся к своей чашке, только передвинул заявление ближе к свету.

— Госпожа Розалин, когда ваша кузина показывала вам этот документ, она говорила, кто его составлял?