Книга Картографка генерала-дракона. Я должна была оставить его в буре, страница 51 – Лилия Карниенко

— Ждать, — произнесла я.

Корпус дрожал. Правое крыло стучало в креплениях.

— Ещё два счёта.

Рорк повторил вниз.

— Теперь раскрыть крылья! Двигатели на половину!

Механизмы отозвались с задержкой. Левое крыло раскрылось. Правое осталось у корпуса.

— Правая рама не идёт! — крикнул Восс.

Корабль начал заваливаться.

Рорк уже направился к выходу, но я поймала его за запястье.

— К ручному рычагу. Не наружу.

Он развернулся и побежал вниз.

Я осталась в рубке, следя за углом крена. Правое крыло медленно отходило от корпуса, но поток прижимал его обратно.

— Рорк, ещё два деления!

Ответ пришёл через трубу:

— Рычаг зажат.

— Перевести тягу правого двигателя на максимум на три счёта!

— Раму разорвёт, — предупредил механик.

— Три счёта выдержит!

Двигатель взревел. Крыло дёрнулось и раскрылось наполовину. «Аркент» выровнялся, проходя последний участок белого разлома.

— Сбросить тягу! Удерживать крыло там!

Корабль вышел в тёмный спокойный слой.

Ветер исчез так внезапно, что наступившая тишина показалась ещё одним ударом. Двигатели снизили мощность, корпус продолжал двигаться по инерции. Позади белая полоса закрылась, а воронка скрылась за облачными стенами.

Мы выбрались.

Я опёрлась обеими ладонями о стол. Только теперь почувствовала, как болят пальцы, плечи и спина. На карте лежала новая линия, неровная, проведённая прямо во время полёта.

Она вела из мёртвого потока.

Однако заканчивалась в глубине Чёрной бури.

Рорк вернулся в рубку вместе с капитаном. Восс выглядел так, словно за последние минуты прожил несколько лет. Он подошёл к разбитой стене и посмотрел назад.

— Обратного коридора нет, — сказал он.

— Он закрылся сразу после выхода, — ответила я.

— Можно дождаться нового цикла?

Я изучила движение облаков. Воронка находилась ниже и западнее, но её внутренние слои уже изменили направление. Даже если проход откроется снова, повреждённый корабль не сможет повторить манёвр против течения.

— Возвращаться нельзя.

Восс прикрыл глаза, затем повернулся к Рорку.

— Значит, идём дальше.

Рорк посмотрел на меня.

— Куда?

Впереди тёмный слой расходился двумя длинными лентами. Между ними сиял устойчивый голубоватый свет, не похожий на разряды у внешней границы. Воздух двигался к нему ровно, без опасных завихрений.

— К центру бури, — ответила я. — Другого пути сейчас нет.

Восс вызвал старшего механика и начал составлять список повреждений. Правый двигатель работал, но не выдерживал полной тяги. Внешняя часть крыла была расколота. Два верхних паруса потеряны, третий повреждён. Кормовая галерея оставалась закрытой, автоматическая система управления уничтожена. Все дальнейшие манёвры требовали ручной передачи команд.

Экипаж выжил.

Сто восемьдесят человек вместе с Рорком продолжали держать корабль в воздухе.

Когда капитан ушёл, я сняла с цепочки компас Лина. На крышке появилась новая царапина, но механизм внутри сохранился. Я провела пальцем по кривому крылу, вырезанному братом, и вернула компас в карман.

Рорк стоял у разбитой стены. В спокойном слое ветер лишь шевелил его волосы. Он держал правую руку близко к телу, однако больше не пытался скрыть слабость плеча.

— Спасибо, что выполнили приказы, — сказала я.

— Ты была командиром.

— Восс сомневался.

— Он капитан. Сомневаться входит в его обязанности.