Книга Цвет Драконьей луны, страница 160 – Ксения Анвиль

— Не могу сказать. Я не знаю, как влияет обращение в мортамера на память смертного, особенно если он сохранял собственное сознание всё это время. Может, он будет думать, что ты ему приснилась.

— Я была бы согласна, даже если бы ты ответила «нет».

— Не буду тебя отговаривать, если ты так решила. В конце концов, у тебя есть то, что мне нужно, а я могу дать то, что нужно тебе. Так пойдём же со мной, обретем новую судьбу, — и богиня протянула руки к Клэр, раскрывая объятия, и ведьма подалась к ней, прильнув, как к матери. Она чувствовала, как растворяется её сознание, и последние слёзы хрустальными каплями сорвались с её щек, прежде чем их обоих поглотила пустота.

Открыв глаза, Дестан сначала решил, что умер. Вокруг была темень, рассеиваемая лишь кругом яркого света. Приподнявшись, он заслонился рукой и проморгался. Холод касался его кожи. Вдруг он услышал шелест за спиной: это сорвалась стая летучих мышей, которую он спугнул своим пробуждением, и вылетела наружу. Значит, пещера. Он вышел на открытый воздух и глубоко вдохнул, затем инстинктивно ощупал грудь, где, как ему чудилось, должна была быть боль. Впереди, окутанная туманом, виднелась Лиорна. От замка Вайтгард исходили высокие угольные столпы дыма. «Там что-то случилось» — подумал он беспокойно, и с усилием попытался припомнить, что могло произойти в столице. Но в памяти зияла ничем не заполненная прореха.

Он брёл по окраине леса, не разбирая дороги, и его мучило ощущение, что он что-то забыл. Что-то очень важное, отзывающееся одновременно трепетом и невыносимой тоской. Приближался августовский вечер, догорающий последними лучами. Он должен был добраться до ближайшей деревни, взять коня и отправиться обратно в цитадель, где, он знал, был его дом. Как он оказался здесь? Голова болела от усилий, и он потирал виски до мушек под веками.

Какие-то странные, мутные образы всплывали перед его внутренним взором и тут же исчезали, будто в тумане. Ветви осин с шелестом качались от поднявшегося пробирающего ветра. И вдруг он услышал тяжёлое уханье откуда-то сверху. Над его головой с шелестом пролетел светлый птичий силуэт. Сова, сипуха. Опустившись на ветку осины, она развернула к Дестану свой круглый лик с сияющими чернотой ночи пуговицами и издала протяжное «у-хууу».

— Клэр, — произнёс он вслух, и осознание пронзило его стрелой. Теперь он вспомнил.

Он не знал, где её искать, но чувствовал, что, сколько бы ни скитался по свету, не мог бы найти Клэр. Будто бы оборвалась незримая нить, что связывала их, и эта образовавшаяся пустота отзывалась внутри щемящей тоской.

Дестан вернулся в цитадель, где его тут же бросились расспрашивать о произошедшем. Он изложил всё, что помнил до того, как смерть забрала его. Что было после, он не мог сказать, даже если бы очень хотел. Впрочем, выступать перед всеми солдатами он не желал и ограничился лишь коротким докладом в обществе мастера Арвинга, Оскара, Лагерты и Марши. Задача передать информацию остальным легла на плечи нынешнего наставника восточной цитадели.

— Но где же Клэр? — дрогнувшим голосом спросила капитана ближайшая подруга ведьмы.

— Я не знаю, — честно признался Дестан. — Когда я пришёл в себя, всё уже, видимо, закончилось, а я оказался вдали от города и видел только идущий от Вайтгарда дым.